Джегг любовался профилем девушки, получая от него простое эстетическое наслаждение. Он находил Астер пленительно прекрасной. Хотя не смог бы внятно объяснить, почему: черты её лица были правильны, но отнюдь не потрясали воображение. Прямой нос, среднего размера рот, серо-голубые глаза. Из примечательного разве что кожа… гладкая и очень светлая, гораздо светлее его собственной, отчего щёки Астер легко заливалась очаровательным румянцем.
Вот сейчас она в задумчивости потирает скулу костяшками пальцев свободной от нейроперчатки руки, а Джегг вспоминает, как приятно прикасаться к ним.
Он представил, как своим большим пальцем медленно рисует круг в ложбинке её ладони, она сначала чуть вздрагивает, но тотчас же расслабляется, позволяя ему продолжать.
Джегг сплетал бы её пальцы со своими. Не торопясь, медленно и нарочито несмело скользил вниз, к ладони, и возвращался вверх, позволяя чувственности из кончиков пальцев рук отражаться в ступнях, раз за разом повторяя восходящую и нисходящую волну. Он призвал бы желание расцветать у неё внутри, подобно бутону лотоса.
Услужливая память развернула перед Джеггом яркую картинку из прошлого: он держит за руку сногсшибательную женщину, опытную сердцеедку, ласкает её холёные пальчики, унизанные драгоценными кольцами, подбираясь всё ближе к ладони. А женщина дрожит от возбуждения так, будто он скользит языком вдоль внутренней стороны её бедра. Когда он массировал её руку между средним и указательным пальцами, она извивалась в экстазе, стонала и требовательно выкрикивала его имя. Вымышленное, конечно, взятое только на время миссии.
Джегг подавил воспоминание вместе с накатившим приступом отвращения. Сейчас это не при чём. Здесь и сейчас только он и Астер. Это другое… Совсем, совсем другое!
Глубокий вдох. Осторожный взгляд в сторону девушки. Выдох облегчения. Инженер всё так же поглощена ремонтным протоколом. Вертит виртуальную модель узла, о назначении которого Джегг не имеет ни малейшего представления, лёгкими касаниями нейроперчатки поворачивая голограмму так и эдак.
Очень хорошо. Продолжим.
Джегг сосредоточился на волосах девушки. Он любил их странный цвет: не светлый, но и не тёмный, отдававший то медью, то золотом. Непослушные пряди, не прямые, но и не свивавшиеся в локоны, пребывали в постоянном беспорядке, как будто их разметал ветер, тайно дувший на «Гибралтаре» для одной лишь Астер. Джегг обожал запах этих волос и их шелковистую мягкость. Он помнил, какие они тонкие и лёгкие — гораздо тоньше его собственных. Он мог бы сейчас встать, запустить пальцы в копну этих волос и нежно массировать Астер голову, пока она не откинет её расслабленно чуть назад, и тогда уже прижаться губами к её шее, а вторую руку положить на грудь и…
И ничего. Воображение отказывалось сотрудничать. Джегг злился на себя уже не на шутку — как мучить его припадками вожделения в неподходящие моменты, вроде доверительных разговоров или случайной встречи в тренажёрном боксе, так пожалуйста, а как… стоп, тренажёрка! Ведь именно в тот раз Астер впервые отозвалась на его эмоции.
Джегг методично, деталь за деталью, восстановил воспоминание: волнующая вибрация взаимного влечения, облегающий костюм Астер, соблазнительная форма её груди… Он осторожно сглотнул: теперь ладони зудели желанием прикоснуться к ней. Вожделение растекалось по телу жгучей волной, сводя мышцы почти судорогой. Он тогда собирался подхватить девушку за бёдра, приподнять, чтобы она… ювелирно точным движением воли священник поймал нарисованный воображением образ и обернул его вокруг трепещущей в ментальном пространстве золотой ниточки Астер, будто токопроводящую жилу изоляцией, соединяя их в единое целое. Он вложил в это действие всё своё мастерство проповедника, пристально следя за ментальным откликом Астер. Вернее, за его отсутствием.
— Джегг? Что с тобой?
Вопрос вырвал его из пространства фантазии, как рыбу из воды — на пару секунд дыхание перехватило.
Астер сидела на корточках рядом со священником и заглядывала в его лицо с искренним беспокойством. И без малейшего намёка на страсть.
— Всё в порядке, — постарался улыбнуться Джегг, но сам ощутил — мышцы лица недостаточно хорошо его слушаются.
Не нашедшее естественного выхода возбуждение резко спадало, причиняя физическую боль, но чёрный священник едва сдерживался, чтоб не рассмеяться: да здравствует Норг с его благословенной мутацией!
— Ты так прерывисто дышал и… кажется, тебя знобит? — заботливые прикосновения Астер вызывали в теле Джегга новые волны дрожи. — Давай я тебя в медблок провожу? Нала спит уже, наверное, но ничего, разбужу.
— Просто дай мне пару минут, — он поймал девушку за ладонь. Хотелось поднести её к губам и осыпать игривыми поцелуями. Но ещё сильнее: потянуть вниз застёжку комбинезона Астер и ощутить, как вздёрнутся и затвердеют её соски, потревоженные его нежным касанием.
