Первое, что поразило Хэлу в их новом пассажире, это нереальная, какая-то даже кукольная тонкость черт: узкий нос, идеально очерченный контур бледно-розовых губ, чёткие, будто вытатуированные, прямые вразлёт брови, густые и чёрные, как глубокий космос, ресницы. А эти умопомрачительные скулы! Сегой был выше, шире в плечах и в целом выглядел мужественнее, но на контрасте с новеньким его лицо казались рыхлым, будто слепленным из варёной картошки. Хэла пожалела, что большую часть суток потратила на ожесточённую переписку со Священной Миссией и Легионом, объясняя несанкционированное вскрытие криогенной капсулы, и не успела наведаться в медблок, чтобы ознакомиться с чёрным священником, пока тот пребывал, так сказать, в натуральном виде. А любопытно теперь — у него ниже пояса тоже всё такое… деликатное?
В Джегге чувствовалась внутренняя сила, удивительным образом сочетавшаяся с уязвимой хрупкостью. И Хэла сама не знала, что привлекало её больше.
А потом он заговорил. Приветствовал её, отметив, что из всего экипажа знакомится с капитаном в последнюю очередь. От его голоса, глубокого, и для такого красавчика неожиданно низкого, у Хэлы пересохло во рту. А когда чёрный священник ещё и сел по левую руку от неё, едва удержалась, чтобы не прикусить нежную мочку его аккуратного ушка. Но на глазах у Сегоя такие вещи, всё же, пожалуй, не стоит вытворять.
За шлюзом пищеблока Астер разительно изменилась — как будто оделась в непроницаемый скафандр. Только что запах её волос щекотал Джеггу ноздри, а руки обнимали за плечи — он не мог вспомнить, когда в последний раз его кто-то обнимал. Мать при последней встрече? Или Энна? Энна… их разговоры давно уже превратились в два мало пересекающихся монолога. Должно быть, она быстрее нашла бы общий язык с Рейвзом.
Астер скользнула за стол — задумчивая и тихая. Джегг запретил себе даже смотреть в её сторону — специально сел не рядом и не напротив неё. Надо, наконец, взять себя в руки.
У него что-то спрашивали. Он что-то отвечал. Настороженная женщина из медблока протянула ему тарелку — оказалось, была её очередь готовить. Джегг принял и съел всё, что там было, не чувствуя вкуса.
Пристальное внимание белого священника эмпат ощущал как липкую паутину. Неудивительно, что Астер в его присутствии требуется ментальный скафандр. Тонкая проволока подозрений Налы — он, наконец, запомнил её имя — скреблась уже не так сильно. От эффектной женщины-капитана тянулось что-то мохнатое и настолько странное, что Джегг даже разбираться не стал — отмёл в сторону до лучших времён. Если они когда-нибудь наступят.
Нала исподтишка наблюдала за предполагаемым психопатом и всё больше приходила к выводу, что размороженный — один из самых вменяемых людей, которых она в жизни встречала. Никаких дурацких шуточек. Никаких идиотских намёков, подмигиваний и переглядываний. В принципе — ничего лишнего. Он ничем особенно не интересовался, на обращённые к нему вопросы отвечал коротко, чаще всего односложно. Просто сидел за столом (ровно! А не развалившись, как завсегдатай бара) и ел. Никаких комментариев по поводу внешнего вида, вкуса, цвета или запаха пищи. Это всего лишь еда! Она не виновата, что пищевой синтезатор на этом корабле оставляет желать лучшего. Зато ест — залюбуешься! Стандартные корабельные приборы держит так, как будто это драгоценное фамильное серебро. Вряд ли он псих… Мало ли, что там в послании Священной Миссии было написано. Про Налу вот тоже всякое, бывало, писали! Наветы сплошные.
— Н-ну-с, и как тебе? — посмеивался Сегой, некоторое время с огромным удовольствием наблюдавший и Астер, задумчиво ковыряющую вилкой свою порцию, и оцепеневшего с каменным лицом чёрного священника. Он сам его к нужному техническому коридору проводил. И, судя по времени, которое они с Астер там провели, было интересно. Эх, хорошо бы подробнее подсмотреть… да Амок со своими инфракрасными датчиками Сегоя не раз уже палил. — Как тебе этот шедевр кулинарии? Выскажись, пожалуйста, шеф-повару будет приятно!
Джегг обернулся к Нале и, приложив ладонь к груди, произнёс:
— Я не очень разобрал, что это за блюдо — в моей колонии такого, кажется, не готовили. Но я оценил баланс белков, жиров и углеводов. Отдельная благодарность за ярко выраженную клетчатку.
Губы Налы сложились в не самое характерное для них положение — несмелую улыбку.
— Это «Комплексный обед № 3».
Вот! Она же сразу так и почувствовала. Понимающий человек.
Капитанская каюта была чуть больше остальных, так как предполагала дублирующие терминалы связи и управления. Но Хэла предпочла двуспальную кровать. С терминалами всё равно лучше управляется Астер, а постель должна быть удобной. Её ведь каждую ночь используешь. И не ты одна.
Вот и сейчас Хэла сладко постанывала в позе всадницы, прикрыв глаза и время от времени закусывая губу.
— Ну и кого ты на этот раз воображаешь? — весело осведомился Сегой, не дожидаясь окончания процесса. — Дай угадаю. Эту замороженную креветку Джегга.
— Ч-что? О чём ты? — принуждённый смех и испуганный взгляд выдавали Хэлу с головой.
