Кагилуанцы оказались радушными хозяевами, однако, помимо этого, они также хотели в некотором роде пустить гостям пыль в глаза и доказать, что способны даже этот мрачный и неуютный временный город сделать роскошным. С тоской вспоминая свои великолепные пещеры в Кагилу, они не переставали обустраивать новые дома. Когда Артур и господин Смел вернулись под землю, город словно бы преобразился. Для празднества выбрали самую большую пещеру, в которой могло поместиться около шестидесяти человек. Это был единственный парадный зал в подземелье, который вырыли давно, в те времена, когда жители еще не планировали переезжать из Кагилу. Дело в том, что здесь изначально намеревались сделать шахты для хранения всех богатств, с трудом накопленных кагилуанцами, но в какой-то момент работы прекратились. После же кровавой бойни в Кагилу все те, кого не затронула трагедия, смогли перебраться сюда.
Парадный зал являлся единственным красивым помещением в этом временном городе, который местные жители еще не успели обустроить для всех своих нужд. Зал по своей округлой форме напоминал огромную пещеру, стены которой были отделаны тем же самым светящимся камнем, что и Кагилу. Мраморные столбы с вырезанными на них сценами из жизни города, украшали это вместительное помещение. Сейчас здесь повсюду стояли столы из орешника, ломившиеся от различных яств, начиная от малопривлекательных на вид просперитей в крапивном соусе, сушеных медведок с крупной солью, желе из дождевых червей, кротов, запечённых в яблоках, и заканчивая более-менее привычной едой, вроде дикой кабанятины. Родственники и друзья должны были сидеть за одним столом, чтобы иметь возможность пообщаться.
Расстановка мест была произведена таким образом, чтобы все гости полукругом расположились вокруг огромного костра, полыхающего в самом центре зала. Здесь под торжественную музыку будут выступать известные факиры, якобы обучавшиеся своему искусству в самом Мире чудес, а местные повара будут готовить изысканные блюда. Ближе к вечеру повсюду зажгли факелы, чтобы в помещении стало ярче и теплее.
Лейланда, мать Тэнки, нарядилась к празднику в коричневое роскошное бархатное платье в пол, и Артур не мог не отметить, что выглядит она куда женственнее, чем ее дочь, которая пошла больше в отца. Тэнка была в длинном бирюзовом платье, которое само по себе было очень красивым, однако на ней оно смотрелось скорее нелепо. Кириму, Артуру и Алану также подобрали торжественную одежду, которую кагилуанцы обычно надевали по особым случаям: белые накрахмаленные рубахи (что, кстати, являлось особым показателем торжественности мероприятия, ибо обычно вся одежда рудокопов была черной от пыли), замшевые темно-зеленые камзолы и такие же брюки.
Артур познакомился почти со всеми родственниками Лейланды и господина Смела и нашел, что это отличные и добродушные люди.
Наконец под вечер все жители города собрались в парадном зале. Тут сейчас было шумно и весело; кагилуанцы отчаянно шутили, стараясь не выдавать грусть и тоску по своему прежнему жилищу. Если на первый взгляд они смотрелись простыми грубоватыми работягами, то потом оказывалось, что в целом это хорошие, чуткие и умные ребята.
Перед началом торжества Лейланда встала со своего места, желая произнести тост. Все смолкли, проявляя удивительный такт и уважение.
— Господа! — волнуясь, начала прекрасная беловолосая женщина. — Сегодня у нас счастливый день, праздник, хоть и не отмеченный как таковой в нашем календаре, но который по значимости для меня является даже чем-то большим. Наша семья вновь воссоединилась; моя дорогая дочь рядом со мной, здоровая и счастливая. Этим чудом мы обязаны троим храбрым ребятам, которые сидят сейчас по правую руку от меня. Алан, благодаря которому моя дочь смогла избежать позорного рабства в Мире чудес. Кирим, чья смелость и поддержка оказались неоценимыми. И, наконец, Артур — человек, готовый пожертвовать жизнью ради друзей. Я бы хотела, чтобы мы хорошенько отблагодарили наших героев! — Лейланда уже закончила свою речь, однако после ее слов еще какое-то время царило молчание, а затем раздались оглушительные аплодисменты.
Надо отметить, что после добрых слов беловолосой женщины, чье положение в подземном обществе было довольно высоким, многие кагилуанские девушки стали посматривать в сторону этой троицы. Местные красавицы справедливо отметили, что каждый юноша замечательно хорош собой: здоровый краснощекий Алан с длинной рыжеволосой шевелюрой выделялся своей простоватой грубой красотой, смуглый Лэк очаровывал по-девичьи нежным трогательным лицом и стройным станом, и, наконец, уверенный в себе Артур, с примечательным смелым лицом и дерзкими голубыми глазами также приковывал к себе все взгляды. Алану такое внимание чрезвычайно льстило, и он, вальяжно откинувшись на удобном стуле, обшитом медвежьей шкурой, глазел по сторонам, отлавливая брошенные украдкой взгляды местных красавиц.
Кирим и Артур же, напротив, казалось, не замечали всеобщего внимания.
