Когда ребята полностью собрались, их вышел провожать почти весь город.
— От скотного двора держите путь прямо, не сворачивая, и рано или поздно вы должны будете выйти на дорогу купцов, — сказал путникам господин Смел. Кирим, суетившийся все утро, с невыразимой грустью смотрел на друга. Мальчик не был уверен наверняка, что еще когда-либо увидит Артура, но при этом он точно знал, что его дружба и признательность к этому человеку никогда не станут меньше. Они стояли рядом с Тэнкой, трогательно взявшись за руки, и Артур, тепло улыбнувшись парочке, мысленно пожелал им добра.
— Прощаться нужно легко, а встречаться так, как будто не виделись целую вечность, — философски заметила Лейланда, с материнской любовью глядя на мальчиков. Что ж, в этом мудрая женщина, несомненно, была права.
И вот, не прошло и нескольких часов, как ребята бодро зашагали по лесу, стремительно удаляясь от гостеприимного города суровых рудокопов.
Таинственный лес встретил путников редкими лысыми деревцами, но чем дальше они устремлялись по дороге, тем гуще и темнее он становился. Он густел и густел — им начали попадаться огромные дуплистые деревья, подобные мифическим великанам, высокие камни, заросшие бирюзовым мхом, и небольшие грязные озерца, вероломно замаскированные опавшими листьями и травой.
Артур испытывал истинное наслаждение от прогулки по лесу; юноша всей грудью вдыхал свежий, наполненный смолянистыми ароматами воздух, который разительно отличался от чадного, душного, плотного ветра, властвовавшего в Мире чудес и спертого, холодного воздуха, царившего в подземелье. Наконец-то, по прошествии стольких дней бездействия, Артур вновь на пути к своей цели! Несмотря на коварные препятствия, клипсянин может помечтать о том, как встретит друзей.
Алан же, напротив, казался излишне мрачным и подавленным. Вся его ребяческая бравада о героических похождениях бесследно улетучилась, и теперь он был суров и неразговорчив. Рыжеволосый юноша вновь превратился в умелого проводника, что налагало на него немалую ответственность.
Довольно долго путники шли молча, и их сопровождал лишь таинственный шорох собственных шагов. Предательская дорога купцов все не показывалась, что не могло не тревожить Алана.
— Я не знаю здешних мест… — задумчиво проговорил проводник. — Папаша упомянул, что за скотным двором должна была начаться дорога… Но ее все нет. Боюсь, школяр, нам придется руководствоваться иными ориентирами.
— В какой стороне Беру? — поинтересовался Артур.
Алан достал из новенькой сумы компас и сверился с ним.
— Нам надо идти прямо, — сказал он. — Так мы пересечем лес самым коротким путем. Но если нам вдруг придется уклониться с нашего маршрута… Боюсь, ничем хорошим это не закончится.
— Придется? — повторил Артур, не понимая.
— Школяр, ты что, не видел яму на скотном дворе? Знания, полученные в школе, не позволяют тебе сделать соответствующие выводы о том, что здесь небезопасно? — излишне грубо поинтересовался Алан. Клипсянин ничего не ответил, не желая злить понапрасну своего спутника. Он давно уже заметил, что Алан как будто дошел до некой предельной черты в своем раздражении и едва сдерживается, чтобы не вспылить.
Ближе к вечеру путники остановились, чтобы отдохнуть и перекусить. В лесу, куда и днем-то особо не проникало солнце, ночью сделалось совсем темно. Алан умелыми руками разжег костер.
Ребята перекусили, не переставая с опаской прислушиваться к ночным звукам и шорохам. Чудилось, что стоит только отойти на несколько шагов от уютного пламени, как на тебя тут же накинутся чудовищные существа, безжалостно пожиравшие коров на скотном дворе. Алан достал вяленое мясо и крапивную настойку. Выпив немного и захмелев, он вновь подобрел, и стал казаться тем веселым беспечным шутником, каким Артур привык его видеть.
— Люблю я походы, — откровенно признался юноша своему спутнику. — Вроде все время выполняешь однообразные действия, идешь вперед, а дорога при этом никогда не повторяется. Нет-нет, да увидишь новый кустик, новую ветку, новый холмик. Прекрасно это…
Артур полностью согласился с другом, так как и сам беззаветно любил путешествия.
— А у тебя есть мечта, школяр? — вдруг спросил мальчика Алан. Артур задумался, вспомнив свою семью и друзей. Главное, что ему хотелось в настоящий момент — это видеть их здоровыми, счастливыми и самому находиться среди них.
— Да нет, школяр, мечта — она только для тебя, понимаешь? Твое самое заветное и сокровенное. Хоть на секунду перестань заботиться о других и подумай о себе, — с ироничным смешком заметил Алан, с присущей ему проницательностью угадав мысли Артура.
Клипсянин пожал плечами.
— Я не знаю, — просто ответил он. — А ты? У тебя есть заветная мечта?
Алан задумчиво смотрел, как костер с шипением пожирает сухие еловые ветви.
