Блондин безразлично кивнул головой, однако его круглые как шарики глаза с едва скрываемым любопытством уставились на Артура. Казалось, он видит перед собой какую-то иноземную диковинку.
— Э-э-э… Алан, ты уверен, что все в порядке? — тихо поинтересовался клипсянин у своего проводника.
— Конечно, — беззаботно проговорил Алан, не глядя на Артура. — Наверное, не часто в Омароне можно увидеть школьника, сбежавшего из школы и проделавшего такой длинный путь. Я должен поговорить с охранниками… Ты пока подожди меня с Нутом. Я скоро приду, мне надо уладить свои дела, — с этими словами проводник, волоча за собой больную ногу, стал медленно подниматься по кривоватым ступеням, ведущим к хлипкой деревянной постройке на дереве, почти полностью скрывавшейся в густой кроне дуба.
Артур удивленно посмотрел вслед Алану и нерешительно пошел в сторону некоего Нута, который продолжал как-то странно таращиться на него, зачем-то даже высунув изо рта кончик языка. Несмотря на чудной вид незнакомца, Артур все же был чрезвычайно рад видеть перед собой обычных людей, которые, наконец, смогут дать им безопасный приют.
Юноша очень устал и едва переставлял ноги. Несмотря на непродолжительный утренний сон, он так и не смог полностью прийти в себя после минувшей ужасающей ночи, когда ему пришлось обороняться от кровожадных хищников.
Когда Артур почти вплотную подошел к охраннику, то смог тоже в свою очередь подробно его рассмотреть. Он заметил, что у Нута отчего-то дрожат руки, которыми он судорожно сжимал свое оружие, напоминавшее железный крюк, небрежно приделанный к деревянной палке. Охранник походил чем-то на испуганную лань, в первый раз в своей жизни увидевшую охотника. С каким-то мистическим ужасом он покосился на Артура, и тут же отвел взор куда-то вдаль.
— Значит, здесь находится пропускной пункт в столицу? — в нерешительности спросил Артур, чтобы как-то заполнить тишину. Нут вздрогнул.
— Пункт? — медленно повторил за ним юноша, и Артур уже начал подозревать, что у беловолосого охранника явно не все дома. Затем Нут вновь покосился куда-то в сторону, и Артур повернул голову, ожидая увидеть там Алана. Однако проводник все еще не появлялся. Тогда Артур вновь хотел было посмотреть на светловолосого юношу, но только он повернул голову обратно, как почувствовал сильный удар по лицу, и в этот же миг земля чудным образом ушла из-под его ног.
Вингардио лениво восседал на своем привычном ложе, когда к нему заглянули двое братьев. Дантрос и Декантрос в целом не особо вмешивались в его дела, в отличие от назойливых шептунов, и этим своим качеством они чрезвычайно полюбились предводителю. Братья, как бестелесные тени, бесшумно перемещались по дворцу, не запоминаясь и никак не отражаясь в памяти Вингардио. Сегодня, однако, наступил тот день, когда они должны были по-настоящему доказать преданность своему повелителю.
— Все готово? — миролюбиво спросил у них естествознатель, и Дантрос согласно кивнул. Вингардио медленно перевел взгляд на брата и почувствовал, как холодеют его ладони. Надо заметить, в мире существовало совсем немного вещей, что могли по-настоящему испугать этого храбреца, но созерцание точной своей копии внушило бывшему повелителю естествознателей какой-то непостижимый ужас. Декантрос в настоящий момент выглядел в точности как Вингардио, за исключением одной маленькой детали: в нем было что-то омерзительно отталкивающее.
— Невероятно! — изумился владыка, придирчиво осматривая самого себя.
— Обычное искусство, — таким же голосом ответил его двойник, презрительно поведя плечами.
— Что ж… Умельцы, что я могу еще сказать, — похвалил их Вингардио. Интересное дело, но по каким-то немыслимым причинам Декантрос не мог самостоятельно, без помощи старшего брата перевоплощаться в кого бы то ни было. Они работали слаженно, в тандеме, и являлись как бы незаменимыми частями одного целого.
— Мы действуем по плану? — поинтересовался седовласый Дантрос, и повелитель согласно кивнул. Сегодня был важный день, ибо в ловушку должен был угодить его главный враг — тот, кто затеял всю эту смуту. Ирионус будет у него в руках, и тогда война закончится. Впрочем, насчет последнего Вингардио не был так уверен. Во-первых, помимо его старого ученика, было много других, несогласных с политикой главного естествознателя. Во-вторых, гордость предводителя толкала его на то, чтобы идти до конца, то есть полностью искоренить предателей.
— С вами отправится небольшой отряд. Они должны будут задержать Ирионуса. Вы же станете своего рода приманкой.
— Мы все поняли, — ленивым голосом ответил двойник Вингардио, и бывший повелитель всех земель безотчетно почувствовал неприязнь к самому себе. Неужели со стороны он выглядит настолько мерзким? Впрочем, это было не так уж существенно, ибо у него имелись вопросы поважнее. Вингардио во всех красках видел, как отомстит своему бывшему ученику. Он мог убить его, как помышлял вначале.
