Тэртон Мандавасарпини был сумасшедшим полностью

Какой-то сюр. Черт меня дернул брякнуть, что Дима хубилган! Я еще при его рождении любила поразглагольствовать л том, что у него все 32 знака святого перерождения. И глазки, и носик, и пальчики.

Но здесь-то кто меня за язык тянул? Любому понятно, что это не место для подобных шуток. Я чувствовала себя виноватой. Братья ничего не говорили, но посматривали с подчеркнутой вежливостью. Мол, нет, ты ни в чем не виновата, кто же знал… Так мне казалось во всяком случае.

Мы собрались в Улан-Батор. Миша сказал, что он не вернется без Димы, а поедет в Сухэбаторский аймак и попытается разузнать, куда делись красавица с компанией и его сын. Папин ученик Отгонбаатар решил, что он Мишу не отпустит одного и отправится вместе с ним.

Легко сказать: «поедет и попытается разузнать». Кто же ему, чужаку, выдающему себя за сына великого хатагина, расскажет, даже если знает, что-то важное? Никто! В Монголии народ недоверчивый, осторожный, много раз битый.

Итак, Мишу надо превратить в ламу, а Отгонбаатар вроде его сопровождает. Личность у Миши не совсем ламская, больно гладкая. Но это как-то подправить можно. Ретушь, физические воздействия, запрет на умывание, наконец. А вот его национальная принадлежность… Не монгол, не тибетец, не китаец. Посоветовавшись, решили, что он будет себя выдавать за ламу высокого ранга из Мьянмы. Лучше королевских кровей. Тогда его щечки и улыбочки окажутся к месту.

Несколько лет тому назад, в университете, где я работала, окончательно ополоумевшее начальство решило проверять, кто и как ведет занятия. Толстые тетки жэковской породы ходили по аудиториям и пытались понять, правда ли язык камму преподает профессор Дын Дай Дэй. Так как мы часто подменяли друг друга, переносили занятия и так далее, я наказала своим молодым коллегам, если их спросят, где профессор Цендина, отвечать: «Ее вызвали к Патрушеву». Беспроигрышный вариант. После того как Яна ответила, как я просила, толстые тетки напугались и вышли из аудитории задом. Удивленная Яна спросила: «Анна Дамдиновна, а кто такой этот Патрушев?» Как мне было ей объяснить, что Патрушев, бывший когда-то председателем ФСБ, а сейчас являющийся не знаю кем, замечательно подходит для такого рода мистификации? Все помнят, что он кто-то, но никто не знает, кто именно.

По этому принципу была избрана Мьянма. Все знают, что такая страна есть. Но где она? Какие там люди на вид? Это мало кто представляет точно.

Обрядившись в правильные одежды, Миша и Отгонбаатар отправились в Сухэбаторский аймак. Мы же, полные тревоги, полетели в Улан-Батор.

Далее рассказываю со слов Миши и Отгонбаатара.

В столице аймака наши двое лам направились в гостиницу. Как назло, в это время происходил местный надом, поэтому все было переполнено. Но услышав, что гость из Мьянмы – королевских кровей, хозяева гостиницы, что называется, оторвали от сердца номер с коврами и мебелью в вензелях и набалдашниках. Приготовили его для депутата, но тот поселился у родственников.

Миша ловко изображал мьянмасца, часто издавая какие-то булькающие и щелкающие звуки. Люди верили. Если бы не трагическая ситуация с исчезновением сына, он бы себя показал. Все-таки задатки большого артиста у моего брата есть. Отгонбаатар, лишенный всякого артистизма, здесь выказывал такое подобострастие перед мьянмасцем, что в гостинице срочно принялись пылесосить ковровые дорожки в коридорах.

Первый же встреченный ими утром человек у дверей гостиницы оказался шофером мусоровоза хатагинского происхождения. Это была удача. Правда, мусоровоз был по случаю праздника навеселе, но не критично. Услышав всю историю, он проникся сочувствием и решимостью помочь.