– Она и тебя слышит, – хмыкнула я и, внимательно выслушав ответ, проговорила: – На турбазе вы познакомились, она заблудилась на лыжах, ты с компанией её нашёл, она сидела под кустом со сломано лыжей и вывихнутой ногой, вы сделали волокуши, дотащили её до корпуса, потом ты чаем с водкой её отпаивал, когда запьянела, выправил вывих и разорвал свою футболку на бинты, чтобы плотно забинтовать ногу.
– Точно! Это она, Алин. А ты прям видишь её? Вот такой молоденькой с косой видишь?
– Да, – кивнула я. – Правда, не знаю почему именно такой её вижу.
– Образ усопшего таков, который максимален по энергетике в его жизненной линейке плюс как она сама себя воспринимает, – в ухо зашептал мне Золотце, – это складывается и результат ты видишь.
– Ирочка, – Аркадий шагнул ближе к зеркалу, приложил к нему руку, – как ты там, мой воробышек?
– Хорошо она там, подробности не расскажет, поскольку нельзя, но всё у неё хорошо, – ответила я вместо девушки, которая тут же прижала свою руку к тому же месту, что и Аркадий, и взахлёб начала говорить, как его любит и как ждёт.
– А я очень скучаю, – тихо проговорил он.
– Мы о чём договорились? – недовольно посмотрела на него я.
– Да, я помню, – тут же закивал Аркадий. – Ирочка, я не держу тебя, совсем не держу. Кстати, скажи мне, а как ты отнесёшься к тому, что если я… если я какие-то отношения начну?
– Хорошо она к этому отнесётся, кивает, радуется, очень хочет, чтобы ты и без неё счастлив был, – нагло соврала я, глядя на негодующе мотающую головой и кричащую «не смей!» девушку. Вот всё-таки хорошо, что Аркадий её не видит. Ведь могла бы сейчас по своей глупости дать ей на него повлиять и испортить карму и ей, и ему заблокировать дальнейшее развитие.
– Это так на неё непохоже, – тем временем проговорил Аркадий, – она ревнивой до жути была.
– Загробная жизнь, Аркаш, заставляет на всё посмотреть иначе. Она поняла, что ревность это проявление эгоизма, а не любви. Там лишь любовь ценится. Давая возможность тебе радоваться жизни и радуясь за тебя она свой потенциал увеличивает.
– Как же я рад, – заулыбался сразу Аркадий.
Я надеялась, что девушка меня тоже услышит и поймёт, она конечно же услышала, но не поняла, и стала истерично стучать по зеркальной глади, которую я видела как зеркало с её изображением, а она воспринимала как стекло, отгораживающее её от нашего мира. Выглядело это забавно. Изображение разгневанного призрака, ругающегося на меня за явную ложь и пытающегося проломить преграду, вызвало у меня непроизвольную улыбку. Благо Аркадий это не заметил, напряжённо вглядывающийся в зеркальную гладь и не видящий ничего, кроме своего отражения. Золотце мой напротив явно рассердился и гневно выдохнул мне в ухо: «Это что она себе позволяет? Можно я с ней разберусь и объясню, как ей подобает вести себя перед твоими очами?»
Я глубоко вздохнула и мысленно ему ответила: «Без насилия объясни ей, что она ведёт себя неразумно, сейчас сольёт весь потенциал впустую и мало того, что его больше никогда не увидит, ещё и уродом каким-нибудь рискует родиться. Только максимально аккуратно объясни. Я хочу, чтобы не напугал ты её, а образумил. Понял?»
Золотце кивнул, пробормотал: «Всё будет в ажуре, хозяйка, не волнуйся», слетел с моего плеча и влетел в зеркало. Причём в момент прохождения зеркала он видоизменился и стал огромным. В какой-то момент заполонил собой всю зеркальную гладь. Через мгновение он отошёл в сторону и я увидела рядом с испуганно сжавшейся на земле девушкой огромного золотистого дракона размером чуть ли не с дом. Он наклонился над ней и что-то едва слышно шипел с явной угрозой. Я подумала, что очень своеобразно он трактовал мою просьбу, но вмешиваться не рискнула, не хотелось Аркадия в суть происходящего посвящать.
А Аркадий тем временем, прижимая руку к зеркалу, тихонько рассказывал, что у них новая операционная сестра появилась, и если Ира не возражает, он бы чуточку может, поухаживал бы за ней, ну так, чтобы просто время скоротать и немного поболтать вместе.
Пока он говорил, я считала мыслеобраз предполагаемой пассии, и она мне понравилась. Вот даже больше Иры мне понравилась.
И я начала от лица Иры убеждать его, что это замечательная идея, она не возражает, наоборот счастлива и уже заранее благословляет их союз, если всё хорошо у них сложится. Мол, тогда она уйти на перерождение не дожидаясь его сможет и с очень хорошим потенциалом. И вообще для всех это будет самым замечательным вариантом.
Аркадий рассыпался в благодарностях потенциальной собеседнице, благодаря за замечательные годы, проведённые вместе и взаимную любовь. Много хороших слов наговорил. Ира сидела на земле у лап моего дракона и слушала благодарственные слова совсем не радостно, но открыто протестовать больше не пыталась, а потом и вовсе тихо плакать начала. Но ничего, поплачет немного, зато потенциал сохранит и точно уродом каким-нибудь не родится. Оно того стоит, на мой взгляд.
