Затем заехали в парикмахерскую и обе сменили цвет волос и причёски. Теперь я была огненно-рыжей шатенкой с копной завитых мелком бесом волос, а она иссиня-чёрной брюнеткой с прямым длинным каре, и ассиметричной чёлкой спадающей на один глаз.
Когда мы вернулись домой и босс нас увидел, он непроизвольно скривился:
– Господи, что вы обе с собой сотворили?!
– Это маскировка, Вить. Наших фотографий в интернете полно, правда к счастью издали и паршивого качества, но в любом случае будет лучше, если эта парочка никаких ассоциаций иметь не будет.
– Ладно, волосы не ноги, надеюсь, отрастут и выправятся. Вам удачи и не рискуйте, по большому счёту оно того не стоит, – проговорил он, ещё раз окинув нас внимательным взглядом.
– Вить, риска вообще никакого. Наоборот, веселое приключение и не более. Они обычные обыватели, безалаберные правда и с жилкой авантюризма, но куда им до разведчицы, которую готовили профессионалы, и ведьмы? У них нет ни шанса. Всё, пусть грузят мне всё, о чём договорились, в машину, дай нам новые телефоны, и мы пошли переодеваться, – проговорила я, и мы с Владой отправились переодеваться, захватив с собой телефоны, приготовленные нам боссом.
Где-то через час мы с Владой, одетые в одинаковые джинсовые куртки и брюки, мчали по дороге, к тому месту, где по сведениям, полученным от босса, стоял авто-дом бестолковых родителей Лизы. Ещё через полчаса, мы с откинутым верхом лихо притормозили возле него, и погудели.
Минуты через две из домика вышел бородатый мужчина, подошёл к нам:
– Что-то надо?
– Привет, брателло! – вальяжно откинувшись в кресле, проговорила я, – плачу две сотни баксов, если подскажешь, где можно потусить сегодня ночью. Моя девочка хочет развлечений и ей всё приелось. Это избалованное цивилизацией чудо согласилось провести ночь в хорошей компании и на природе, цена значения не имеет, кухня в общем-то тоже, потому что самое главное с собой есть: текила, оливки и конский сервелат.
– Странный набор, и так сразу и не сказать, где тут такое место, – мужчина задумчиво почесал затылок.
– Странный набор?! – тут же уцепилась я за его фразу, – бро, ты просто не пробовал конского сервелата под текилу и оливочки. Это бомба, бро! Это просто бомба! В этом дух индейцев прерий, все ацтеки являются разом, когда опрокидываешь пару стаканчиков под такую закусь. Мой котёнок уже распробовал. А вначале тоже кочевряжилась, я такое не ем, типа. Теперь ест она, ест, и ей нравится, представляешь? Правда, котёнок? Я ведь не вру? – я по хозяйски потрепала Владу по плечам, а потом по затылку.
– Я ем, но не кажется тебе, Мия, что ты остановилась не в том месте. Здесь нам вряд ли что-то подскажут, – повернувшись ко мне и немного опасливо втянув голову в плечи, проговорила в ответ Влада, назвав меня так, как мы до этого договорились.
– Не подскажут за две сотни, подскажут за три! – я полезла в карман куртки, вынула толстую пачку стодолларовых бумажек, отсчитала три и протянула бородачу: – Бери, бро, и делись информацией! Мне нужно научить это дитя цивилизации ценить хорошую компанию и природу! Ведь, лишь сидя у костра, можно узреть то, чего мы все лишены в этих бетонных коробках! Можно ощутить единение с огнём, ветром, полем, небом и звёздами. Но главное с единомышленниками! Тут где-то есть наши единомышленники, бро? Или ты единственный, кто вроде нас бежит прочь из бетонных коробок, делающих людей рабами?
– Боюсь, что лишь мы с женой, но легко можем предоставить место у костра и собственную компанию для подобной тусы, – мужик быстро сообразил, что ему на голову свалилась неплохая возможность поиметь нахаляву денег. Причём много денег, судя по машине и пачке банкнот в моём кармане.
Уже через пять минут мы вместе с Владой и матерью Лизы, которую звали Нина, сидели на поваленном дереве на полянке за авто-домом, а отец Лизы, которого звали Максим, суетился, разводя костёр.
Когда костёр весело запылал, я протянула Максиму ключи от машины:
– Бро, будь другом, сходи, принеси из багажника текилу и закусь, там пара ящиков только просьба, не трогай чёрный пакет, который сбоку ремнём пристёгнут, там белый порошок расфасован, это химикаты, которые при пайке золота используются, а не наркота, тебе так для сведения, а то позаришься, руками ради интереса тронешь, потом лизнёшь, чтобы проверить, и очень быстро сдохнешь. Очень ядовитая штука, вот пары грамм хватит, чтобы отправиться к праотцам. А мне потом с полицией объясняйся. Хотя хрен прикопаться по идее могут, следов практически не оставляет в организме. Но грех на душу всё равно брать не хочу, поэтому предупреждаю. И ещё, если не в лом, крышу подними, чтобы не отсырело ничего. Там такой рычажок на панели со стороны водителя, увидишь.
– Разберусь, – кивнул он и взял ключи.
Минут через двадцать он вернулся с коробкой в которой была пара бутылок текилы и закуска.
– А что так долго и почему так мало принёс? Нам же всю ночь сидеть, – удивилась я.
