– Не приближайтесь к ней, это может его спровоцировать на агрессию! – потом крикнул мне: – Алин, постарайся повод подобрать.
Вообще-то, я и сама догадывалась, что хорошо бы его подобрать, но абсолютно не представляла, как это можно сделать.
Дед сообразил, что его указания не слишком мне понятны, и неспешно идя в нашем направлении, снова крикнул:
– К шее склонись, рукой дотянись до недоуздка, нащупай повод, тихонько подбирай и заводи через морду вверх.
Я про себя чертыхнулась, переложила стек в левую руку, которой цеплялась за гриву, потом склонилась к морде коня, и правой нащупала крепление и повод.
Конь тут же помотал головой, вырывая его у меня из руки, и вот тут я обозлилась окончательно. Ментально попросила Золотце помочь, и как только он перелетел на голову коня, то сняла все свои блоки, задействовала всю доступную энергетику и с таким посылом пожелала, чтобы он даже помыслить больше никогда не смел мне сопротивляться, что конь моментально застыл на месте, будто паралич его разбил.
Я подобрала поводья, перебросила их через его морду и выпрямилась. После чего стукнула туфлями и потянула вправо, заставляя повернуться. Конь развернулся и медленно, как зомби, побрёл в обратном направлении.
Когда я поравнялась с дедом, он достаточно громко произнёс:
– Поздравляю, ты заимела очень послушного тебе коня. Теперь тебя будет слушаться идеально.
Потянув за поводья, я остановила коня и с усмешкой осведомилась:
– Ты думаешь, мне это надо, Тео? Это же мерзейшая тварь, каких поискать. Мне он абсолютно не нужен.
– Алиночка, Алиночка, он мне нужен! Вот очень нужен! Давай возьмём его, пожалуйста! Я умоляю, умоляю тебя, не надо его убивать! Давай его возьмём! – вырываясь из объятий охранника, тем временем сбоку от нас завопила Даша.
В это время ко мне так же подошёл Григорий Артурович:
– Алина Викторовна, если Василий Никифорович говорит, что конь Вас признал, то на мой взгляд, грех Вам этим не воспользоваться. Он полностью здоров, красив и вынослив. Такого красавца заиметь это очень круто. Хотите у себя его оставлю, а Вы приезжать кататься на нём будете?
– Гриш, вот это не вариант абсолютно, – покачал головой дед, – он лишь её терпеть и слушаться будет. Тебе всю обслугу перекалечит. А вот она даже цирковым трюкам его обучить теперь сможет. Всё делать будет, но лишь под её надзором.
– Тео, мне абсолютно ни к чему такая головная боль. Я не люблю лошадей и не умею на них ездить, – брезгливо скривившись, помотала я головой.
– Как это не умеете, если без седла совершенно спокойно на нём сидите и управляете им? – неверяще усмехнулся в ответ на мою сентенцию Григорий Артурович.
– Не знаю, как я на нём сижу, – хмыкнула я. – Как сумела, так и села. И никакого восторга по этому поводу не испытываю.
– Слушай, девочка золотая, а попробовать ты не хочешь? Всего лишь попробовать его подержать. Вы же явно приготовили для него какой-то постой. Вдруг тебе понравится. Раньше вот точно нравилось.
– Ты хочешь намекнуть, что это у меня врождённый навык? Тогда вот точно не понравится, не хочу никаких аналогий! Не хочу, Тео! Нет!
– Алиночка, ну пожалуйста попробуй. У тебя ведь есть конюшня! Я всё-всё делать буду. Ты лишь рядом стоять будешь, раз он слушается тебя, а я всё делать, – к нам приблизилась всё ещё всхлипывающая Даша в сопровождении охранника, который явно ждал моих распоряжений, как ему с ней дальше себя вести.
– Даша, я видела, как ты держишь обещания! Видела! Ты пообещала, не соваться в денник, и мало того что вошла, ты вывела эту тварь, которая чуть всех тут не поубивала! Нет! И не проси! – резко возразила я.
– Больше такого не повторится! – тут же принялась уверять меня она. – Я буду тебя слушаться. Честно буду! Алиночка, давай всего лишь попробуем. Если ты увидишь, что я не справляюсь и плохо убираюсь у него, вот тогда ты его убьешь. Дай ему и мне шанс. Он же красавец! Я так хочу картину с ним написать. Вот очень хочу. Я прям вижу его в лучах солнца, это шедевр будет, Алиночка, ну разреши… Пожалуйста, разреши!
– Девочка золотая, давай ты всё же попробуешь. Если не для неё, то для меня. Попробуй, пожалуйста, – поддержал её просьбу дед. – Если устанешь и не будешь справляться, это другой расклад, вот тут настаивать не стану. А попробовать прошу.
– Вот тебе, дорогой, отказать не могу. Хорошо. Раз просишь, попробую. Хотя, если честно, жутко не хочется обременять себя такой тварью. Это ж исчадье ада какое-то, а не животное. Но твою просьбу не уважить не могу. Буду пробовать сохранить ему жизнь, правда, не особо понимаю зачем. Вот можешь сказать, какой толк в этом?
Вместо ответа дед лукаво усмехнулся и проронил:
– Вот и славно. Я благодарен тебе за дарованный Шаману шанс. Я твой должник.
– Ты рехнулся что ли? – удивлённо воззрилась я на него. – Какие долги? Это я в долгах перед тобой, что в шелках, Тео.
