– Эмилия, чтобы легализовать средства вложила в фирму одного чудика, с которым была в отношениях, а он, чтобы ей ничего не платить, отправил её в Эмираты и наркотики подложил. Она села там лет на двадцать, но поскольку очень хотела отомстить, то связалась с Юрой, и сообщила, что наши деньги у этого товарища. Чуть раньше эта самая фирма, получается что за наши же деньги, заключила с нами договор на поставку питерского товара, думаю тоже по наводке Эмилии, она рынок нашего сбыта по Европе хорошо знала и решила ещё на этом погреть руки. Так вот, фирма поставку оплатила, но товар не забрала со склада, поскольку этот самый деятель под интерполовское расследование угодил, по подозрению в распространении наркотиков. Возможно, на него стуканули те, у кого он закупал партию, чтобы подложить Эмилии, а может это его дополнительный бизнес, и наш товар как прикрытие шёл. Подробностей не знаю. Юрка товар ещё не отгружал, хотел сначала благородно перенести сроки поставки за наш счёт, а после полученной информации, мы с ним решили не переносить, и оформить как утилизацию просроченного товара. И комар носа не подточит. А начнёт претензии предъявлять, ещё за хранение счёт выставим.
– Как Эмилия связаться смогла?
– Очаровала, наверное, какого-нибудь охранника и уговорила дать позвонить. Она может.
– Интересно получилось. И самое главное, достаточно быстро все получили по заслугам. Юрий Павлович, кстати, как?
– Счастлив, что всё так разрешилось. Он переживал, несмотря на отсутствие моих претензий.
– Скажи ему, чтобы свечку за её здравии в церкви поставил. Он, вроде, верующий. Ему надо внутреннее злорадство по её поводу исключить. Пусть помолится о ней, пожалеет и поблагодарит за всё то хорошее, что ему подарила.
– Издеваешься? Что хорошего подарила? Показала, что развела как мальчика?
– Вить, ему с ней хорошо было? Было. Это опыт. Это эмоции. И за подаренный позитив даже временный надо уметь быть благодарным. А за то что это неискренне было и обмануть пыталась, за это Вселенная с ней расплатится, а его дело это простить и отпустить, оставив в сердце лишь благодарность за позитив.
– Точно издеваешься. Ты ещё предложи помочь ей из тюрьмы выйти и обратно её принять.
– Это предлагать не стану. Предателей обратно брать глупо. Хотя с той же Соней заставил ты меня. И результат по итогу неплохой вроде. Я не знаю, как чётче объяснить, но смысл в том, что полученный позитив надо ценить в любом случае, а опыт должен приниматься к сведению, учитываться, и при этом не рождать негатив. То есть спасать ее не надо, иметь отношения с ней тоже ни к чему, надо, поблагодарив за весь опыт, который дала, пожелать с достоинством выбраться из всех житейских перипетий и суметь стать лучше.
– То есть если бы сейчас тот же Димка тебя предал и подставил, ты бы помолилась за него и пожелала ему всего хорошего?
– Да, но постаралась бы дистанцироваться, чтобы больше не дать возможности подставить ещё. А так да, если бы у него всё потом было хорошо, порадовалась бы, поскольку это означало бы что он тоже уроки свои прошёл и стал лучше, и мне его предательство было необходимо. Я убеждена, что не происходит с нами ничего, что нам не нужно. Вот необходим был этот опыт предательства Юрию Павловичу, он научить его чему-то был должен. И ему надо быть благодарным и за него, и за минуты радости, когда он себя счастливым рядом с ней ощущал, не отвергая их и не вычёркивая из памяти.
– Мне кажется это невозможно. Когда Нина отказалась меня с мальчишками поддержать для меня это перечеркнуло всё. И никакой благодарности и хороших воспоминаний у меня нет. Скорее снисходительная ирония к себе: дурак был и не понял с каким человеком столько лет вместе жил, гормоны мозги отключили, да и она маскировалась и истинной сути своей не выказывала. Это как конфету с бритвой внутри ел. Вроде сладко сначала было, а потом весь рот в крови. И что? За пару минут сладости благодарным быть?
– Я считаю, да. И за сладость, и за кровь. Это опыт. Больше такую в рот не возьмёшь. Но ту сладость это не отменяет. Она была. Есть возможность вспомнить о ней и причин забывать не вижу.
– Ты такая непонятная для меня, Алин. Но от этого, наверное, ещё более притягательная.
– Так скажешь, Юрию Павловичу?
– Сказать скажу. Но исключительно как твой совет, поскольку сам так не считаю. По мне, о ней надо забыть и больше никогда не вспоминать, намотав на ус, что в этом возрасте вокруг начинают виться не бескорыстные влюблённые красотки, а любительницы легкой наживы.
Твой совет прагматичен в плане физиологического благополучия, а мой больше на духовное нацелен. Мне хотелось бы, чтобы он не только не растерял потенциал, но и приумножил его.
– Лично я до такого уровня просветления ещё не дошёл.
– Раз тебе такую задачу не дали, то значит и решать её пока даже потенциально смысла нет.
