Звук, вырвавшийся из его горла, больше походил на лай, чем на смех.
– Они мертвы.
– Какая поразительная осведомленность!
Отклика не последовало.
– Если тебе больше нечего сказать, я, пожалуй, закончу с ужином. А потом, если повезет, наконец хорошенько высплюсь.
– Час близок, – прокашлял он и сопроводил это лающим смехом.
Я будто наяву услышала голос Квентина и почуяла запах крови, разлитой на мокрой мостовой. Незнакомец меня заинтриговал.
– Какой еще Час? Что тебе известно?
Незнакомец потряс головой:
– На прошлой неделе убили Паксуса, и никто не заметил. Ну почти никто.
– Этот Паксус – венатори?
– Да.
А ведь прошлой ночью Квентин Калла был моей единственной головной болью. Днем к ней добавились храмовники и леди Варантус. А теперь этот странный субъект с вестью об очередном убитом сектанте.
Решать проблемы по очереди – вот как я предпочитаю вести дела. Возможно, мне следует уйти.
– Хочешь знать, что забрала Аэлия? – Он опять повернул разговор в новое русло, при этом сунув мне в руки керамический диск, хотя цепочку от него не отпустил.
– Аэлия – убийца?
Мой собеседник кивнул:
– У всех была такая вещица. Можешь забрать ее. Если поможет – хорошо.
Я потянула за цепочку, но вопреки своим словам незнакомец не спешил ее отдавать.
– Как тебя понимать? – надавила я. – Что за Час?
Порой люди способны тебя удивить. В Минратосе это чаще похоже на «Твоя тетя – маг крови. Сюрприз!», чем на «Я принес тебе цветы». Мужчина, нервно трясущийся в тени Разикаль, удивил меня: вместо того чтобы дать ответ, он произвел магическую вспышку.
Я больше пеняла на себя, чем на него. Маг скрылся; вновь обретя способность видеть, я обнаружила, что моя рыба валяется на земле. Желудок и голова спорили, что из случившегося огорчительней.
Маг оставил мне подарок. Керамический медальон удобно лежал на ладони. Черная полированная оправа, золотая цепочка. На диске выгравирован длинный и тонкий четырехкрылый дракон, вздымающийся из темных морских вод. Я и раньше сталкивалась с венатори, но не видела ничего подобного. В этой вещице ощущается магия, но поди разбери, какого она рода…
Для чего бы ни предназначался этот медальон, Квентин Калла умер из-за него. Как и леди Варантус, и незнакомый мне Паксус. Что ж, теперь мне известно гораздо больше, чем утром… Но какой в том прок? Я по-прежнему не знаю мотивов.
На следующее утро я отыскала Рану за пределами жилья храмовников. Я могла сосчитать по пальцам одной руки часы, которые провела в постели за последние двое суток, но пришла, так как обещала храмовникам поделиться новостями.
– Ты что-то узнала, – заявила Рана, не размениваясь на любезности.
– И тебе доброе утро, рыцарь-храмовник Савас. – Я вручила ей медальон. – Мне невдомек, что это значит, но того, кто охотится на венатори, интересуют и такие штучки.
– Особый атрибут секты? – недоуменно спросила храмовница.
Мне и самой это сразу стукнуло в голову.
– Возможно, они дурно обошлись с нашим убийцей, – предположила я.
Рана указала на четырехкрылого дракона:
– Я его уже видела.
– Да? И где же?
– Он вырезан в углу камина леди Варантус. Нам нужно вернуться туда. Теперь мы знаем, что искать, и наверняка найдем ответ.
Сколько оптимизма! Сдается мне, побольше, чем позволено храмовникам.
И я оказалась права.
– Дело леди Варантус закрыто, наше участие больше не требуется. – Тон рыцаря-капитана выдавал его собственные мысли об озвученной цитате.
Мы набились в комнатушку, выделенную храмовнику в чернокаменном здании по соседству с Кругом магов. Столь тесные покои вряд ли способны поднять настроение их обитателю.
– Но мы кое-что… – заикнулась Рана.
– Семья Варантус признательна храмовникам за помощь и сожалеет, что леди совершила самоубийство. Все дальнейшее они берут в свои руки, – продолжил цитировать Джавис.
Позади него язвительно хмыкнул Бром.
– Самоубийство? – запротестовала Рана. – А как же следы магии, признаки борьбы?
– Старые повреждения или крайняя стадия помешательства у леди – выбирай, что больше нравится, – предложил Джавис. – Семья Варантус приносит извинения.
– И прочее, и прочее, – добавил Бром.
– Родственники леди Варантус опасаются, что вы найдете среди них венатори, – мягко объяснила я. Минратос – что с него взять.
– Ты, я – мы оба это знаем. Семья водит дружбу с юстициаром. Он взялся провести расследование лично. Не без поддержки рыцаря-командора, – сообщил Джавис.
– Если придем к ним с этим… – Рана указала на медальон.
– С единственной уликой? Варантусы ее просто уничтожат.
– Либо ваш рыцарь-командор сделает это за них, – пробормотала я.
– Савас, тебе есть чем заняться, – сказал Джавис и повернулся ко мне. – Нив, не дави на семью. Я работаю над этим делом, но здесь нужен другой подход.
Я воздела руки, изображая саму невинность, и покинула каморку храмовников. Прошла обшарпанными коридорами и через главную дверь шагнула на шумную улицу района Круга магов. В маячившую невдалеке башню входили и выходили магистры и ученые, за ними вереницей тянулись суетливые подмастерья и ученики.
