Мы живем не в мире с нулевой суммой. Правила игры во многом влияют на размер пирога. Сегодня существует широкий консенсус в отношении желательности хотя бы некоторого перераспределения, когда неравенство само по себе порождает внешние факторы, негативно влияющие на экономические показатели или имеющие социальные и политические последствия. Я выбрал название своей книги 2012 года "Цена неравенства", чтобы подчеркнуть, что мы платим высокую цену за неравенство даже с точки зрения ВВП, узко определенного показателя экономического роста. Страны с большим неравенством демонстрируют более низкие результаты. С тех пор появилось множество подтверждающих исследований.
Неравенство имеет множество причин для негативных экономических, социальных и политических последствий. Например, люди из небогатых семей могут не реализовать свой потенциал из-за невозможности получить хорошее образование или достойное медицинское обслуживание. Кроме того, некоторые, а возможно, и многие современные проявления неравенства являются результатом нынешней или прошлой эксплуатации, которая подрывает экономические показатели, усугубляя неравенство в обществе.
Что еще хуже, дети богатых могут вырасти с чувством собственного достоинства, считая, что мир им должен и что они имеют право нарушать любые правила, установленные обществом. Яркий пример: Дональд Трамп. Он гордится тем, что не платит налоги. Последние исследования в области поведенческой экономики подтверждают то, о чем многие давно догадывались: что, хотя Трамп, возможно, хуже многих, выставляя напоказ свое нарушение правил, он отражает более широкое общественное явление. На другом экономическом полюсе люди с низким или нулевым доходом испытывают чувство безысходности, убежденности в том, что система подтасована. Это препятствует их стремлению и усилиям. И право на существование, и отчаяние негативно сказываются на общих экономических показателях.
Моральные притязания и перераспределение
Однако в конечном итоге при оценке компромиссов мы неизбежно сталкиваемся с вопросом общественных ценностей - например, является ли повышение способности более бедного человека реализовать свой потенциал и расширить свободу действий более или менее ценным, чем связанное с этим ограничение свободы богатого человека купить еще одни часы Rolex, большую яхту или более просторный особняк. Я знаю, как я и, полагаю, большинство других людей оценивали бы подобные компромиссы, если бы им приходилось выносить такие суждения за завесой невежества. Перераспределение, финансирование высокодоходных государственных инвестиций за счет прогрессивного налогообложения, и изменение правил экономической игры в пользу простых работников за счет предварительного распределения - то есть изменения рыночного распределения доходов, чтобы сделать его более справедливым, - все это желательная политика. Они возникли бы естественным образом в рамках общественного договора, написанного за завесой невежества.
Заключительные замечания
Отцы-основатели Америки не занимали крайних позиций, как сегодняшние либертарианцы, которые считают, что любое налогообложение - это посягательство на свободу. Их лозунгом было: "Налогообложение без представительства - это тирания". Иными словами, наша свобода ущемляется, если мы не имеем права голоса в политическом процессе принятия решений о налогообложении. По иронии судьбы, они не считали тогда и их последователи не считают сейчас тиранией наложение налогов на многих бесправных американцев.
Как только мы признаем, что нет никаких внутренних причин не вводить налоги для богатых, чтобы принести пользу обществу в целом или помочь менее обеспеченным людям, мы снова оказываемся в мире компромиссов. В этой и предыдущих главах мы показали, что даже в условиях совершенной конкурентной экономики без внешних эффектов нам необходимо рассматривать свободы и свободолюбие через призму компромиссов. Сокращение свободы одного человека (в результате налогообложения) противопоставляется расширению свободы другого (в результате увеличения государственных благ, обеспечиваемых этим налогообложением). Хотя я скептически относился к любым моральным притязаниям на доход, получаемый человеком в экономике такого типа, оснований для перераспределительного налогообложения становится еще больше, когда значительная часть доходов и богатства самых богатых граждан формируется за счет эксплуатации. Об этом я расскажу в следующей главе.
Глава 7. Свобода эксплуатировать
Роуз и Милтон Фридман назвали свой пайан свободным рынкам "Свобода выбора". Они отмечали, что богатый человек может выбирать, что ему потреблять, и выступали за политические реформы, такие как студенческие ваучеры, которые расширили бы свободу выбора в образовании. Они утверждали, что эта свобода выбора является главным фактором эффективности рыночной экономики и необходимым условием свободного общества.
