Я не могу избавиться от образа брата в своей голове: его прекрасное лицо, сильно обгоревшее с правой стороны, и, что еще хуже, ненависть в глазах, когда он смотрел на меня. Я никогда-никогда-никогда и подумать не могла, что однажды мы окажемся по разные стороны баррикад. Но таково было последнее злодеяние моего отца – вбить между нами клин, как он всегда пытался сделать при жизни.
Я видела его мертвое тело, лежащее на улице.
В отличие от Адриана, вид моего отца, избитого и окровавленного, не вызвал во мне никакой симпатии. Но и ожидаемого облегчения я тоже не испытала. Скорее, я словно закрыла книгу. Наконец-то ему пришел конец.
Я прижимаюсь лицом к плечу Себа. Мой муж пахнет дымом и кровью, а под этими запахами я ощущаю аромат его кожи.
Он нежно проводит рукой по моим волосам, не беспокоясь о том, какие они спутанные и грязные.
– Куда мы едем? – спрашивает Себ у Кэллама, когда машина поворачивает.
– В больницу, – отвечает Кэл. – У Неро вот-вот закончится операция. Да и вам двоим, похоже, тоже не помешает доктор…
– Я в порядке, – упрямо говорит Себастиан, но я в этом сомневаюсь. По пути к машине он висел на мне всей тяжестью тела. Полагаю, его колено снова повредилось.
Кэллам везет нас в «Мидтаун Медикал» и останавливается в замешательстве, когда видит, что вся дорога оцеплена.
– Что здесь происходит? – спрашивает он.
– Что-то на той стороне улицы… – говорит Аида, глядя из окна. – Мне не видно, что там…
– Кто-то упал с крыши того жилого комплекса, – говорю я им.
Все разворачиваются и смотрят на меня.
– Кто упал? – резко спрашивает Кэллам.
– Родион, – отвечаю я, в первую очередь Себу.
– Ро… как ты… – он непонимающе смотрит на меня, и затем я вижу, как на его лице смешиваются понимание и ужас. – Елена, – спрашивает он, – ты была там?
Я киваю, внезапно понимая, что не могу найти слов.
– Но как… почему ты…
Себастиан переводит взгляд с дома на больницу, стоящие прямо друг напротив друга, и я вижу, как он бледнеет.
– О господи, – говорит парень.
Мое сердце бешено колотится, когда перед глазами живо встает сцена на крыше. Ощущение лапы Родиона на моем горле, мои ноги, болтающиеся в воздухе, пока он несет меня к выступу…
Кэллам и Аида пока еще не сопоставили факты.
– Кто такой Родион? – спрашивает Аида.
– Главный приспешник Енина, – объясняет Себастиан. – Он был здесь, чтобы убить Неро, верно?
– Да, – тихо говорю я.
– И ты его остановила? – спрашивает Аида.
– Ты спасла Неро жизнь, – произносит Себастиан, потрясенно глядя на меня.
– Я преследовала Адриана, – признаюсь я супругу. – Вот почему я ушла этим утром. Я надеялась найти брата прежде… – Мне приходится сглотнуть, чтобы подавить всхлип. – Прежде чем с ним что-нибудь случится. Я надеялась, что смогу убедить его уйти. Убедить оставить нашего отца.
Себастиан открывает рот. Я вижу, что он понимает, какое я приняла решение здесь, на этой улице, выбирая между своим братом и его. На этот раз я предпочла семью Себа своей. Я сделала что могла, чтобы исправить свои ошибки. Но расплачиваться пришлось Адриану.
Себастиан протягивает руки и заключает меня в крепкие объятия. Даже слишком крепкие, честно говоря, потому что мое плечо до сих пор горит и болит в том месте, где Родион его стукнул, разорвав швы. Но мне плевать – лучше уж я буду чувствовать боль, но зато вместе с теплом любимых рук.
– Спасибо, – говорит мне на ухо Себастиан.
– Как тебе это удалось? – с любопытством спрашивает Аида. – Ты скинула его за ограждение? Стреляла в него?
Глядя, как я морщусь, Себастиан говорит:
– Оставь ее, если она не хочет говорить об этом.
Но мне все еще кажется, что я должна Аиде по гроб жизни за то, что девушка так легко меня простила, так что я отвечаю:
– Я его застрелила, – говорю я. – Но едва избежала смерти. Он чуть сам не скинул меня с этой крыши.
Я вижу страх на лице Себастиана. Он прижимает меня к себе крепче, чем когда-либо, словно до сих пор должен защищать меня от той битвы на крыше, словно она еще не в прошлом.
– Поверить, блин, не могу, – говорит Себ. – То есть, конечно, могу. Мне доводилось видеть тебя в гневе. Но, боже мой, Елена, он же гребаный огр…
– Это была не лучшая половина дня, – отвечаю я.
Когда мы входим в больницу, медсестра, похоже, сильно сомневается, что мы здесь просто в качестве посетителей, учитывая наше общее состояние. Даже Кэллам и Аида выглядят взъерошенными и грязными, несмотря на то что мы прибыли, когда битва почти закончилась.
Медсестра неохотно выдает нам бейджи и разрешает подняться на верхний этаж. Двое людей Себастиана охраняют лифт и коридор. Тот, что повыше, говорит Себу: «Операция закончилась. Он в палате с Камиллой».
Мы спешим по коридору, стараясь не шуметь, на случай если Неро еще спит.
Но когда мы выглядываем из-за двери, он сидит на кровати, худой и бледный, но удивительно проницательный.
– Почему вы выглядите хуже, чем я? – спрашивает парень.
– Енин мертв, – говорит Себ вместо объяснения. – Он сжег наш дом.
–
– Ага, – кивает Себ. – Мне жаль. Я в каком-то смысле позволил ему сделать это.
– Что ж, черт, – говорит Неро.
