Теньзинь одно время был крепостным в поместье Пара. Однажды он привёл своего внука в этот двор наньзаней и рассказал ему о своей жизни: «В очень маленькой комнате площадью около 6 квадратных метров нас жило шестеро. По ночам некоторые из нас могли спать только на рабочем месте или в переполненном дворе. Жизнь у нас была чрезвычайно тяжёлой».
В 1936 году Великобритания организовала крупнейшую в истории иностранную миссию в Лхасу. Очевидец событий Фредерик Спенсер Чепмен (1907–1971) написал книгу под названием «Лхаса: Священный город», зафиксировав то, что видел и слышал.
Он писал: «В Тибете люди высовывают язык или даже задерживают дыхание, чтобы показать уважение к другим. При получении указаний от хозяина слуги должны были, затаив дыхание, повторять: „Да, господин“».
По словам Лхаба Пхунтшога, в ту эпоху небольшая группа людей контролировала почти все богатства и средства производства. Как гласит тибетская поговорка, уходя, крепостные не могут взять с собой ничего, кроме своих теней.
Фотограф Чэнь Цзунле запечатлел трагическую жизнь крепостных в старом Тибете. Он вспомнил, как однажды снимал на улице в Нагку. «В Нагку очень холодно, там зимой температура может упасть до -40 °C. На фотографии – дети, бедные беспризорники. Не имея ни пищи, ни жилья, они держались рядом с бездомными собаками, поскольку те всегда знали, где и когда можно получить цампу (жареную ячменную муку цинке) и другую пищу. Поэтому дети всегда следовали за собаками, выхватывая еду прямо из собачьей пасти. Такое было и в Лхасе».
В старом Тибете многие беспризорники так провели своё горькое детство.
В начале 1950-х годов фотографы часто делали снимки из жизни бедных беспомощных детей. Беспризорникам в Лхасе приходилось отбирать еду у собак. К сожалению, люди в то время, по-видимому, привыкли к таким сценам и им они не казались чем-то невообразимым.
Снежная тюрьма у подножия дворца Потала в Лхаса ежедневно принимает туристов со всего мира. Построенная во времена правления Далай-ламы V, она была такой же знаменитой, как и тюрьма Драпчи на улице Бархор в самом сердце старого города.
Пожизненная принадлежность крепостных своим владельцам, жёсткая поляризация общества в фиксированных социальных классах, создающая особую идентичность и статус, и даже многочисленные повинности, налагаемые на гражданское население в различных формах, сопровождались и поддерживались применением суровых наказаний и тактикой социального запугивания.
Далай-лама V, например, однажды издал указ, в котором говорилось: «Я уполномочил Лхари Зибу отрубить вам руки и ноги, выколоть глаза, избить и убить вас, если вы снова попытаетесь обрести свободу и комфорт». Этот указ неоднократно переиздавался последующими правителями.
В одной из двух крупных тюрем старой Лхасы, Снежной тюрьме, приводилось в исполнение множество суровых наказаний и имелось 25 различных орудий пыток, включая наручники, кандалы, каменные шапки, бамбуковые палки, ножи для отрубания рук и ног, железные ложки для выкалывания глаз, клетки, кожаные хлысты и деревянные шейные колодки.
Кандалы там были особого рода, сделанные из ствола огромного дерева весом в сотни килограммов. Через просверленные в нём отверстия ноги пятерых преступников могли быть сцеплены вместе, так что те не могли ни поднять конечности, ни повернуться. Преступников мучил голод: чтобы выжить, им приходилось жевать древесину. Многие беспомощно умирали. Некоторые отмечали на стенах время, когда их бросали в тюрьму, но мало кто продолжал вести счёт времени, влача бесконечно мрачное и отчаянное существование в тюрьме.
В Снежной тюрьме был карцер для осуждённых за тяжкие преступления. Он назывался «норой скорпиона», потому что там заключенных убивали, напуская на них полчища скорпионов.
В первые десятилетия XX века Чарльз Белл (1870–1945), британский дипломат и тибетолог, был в Лхасе и изучал особенности жизни её обитателей. В книге «Тибетские анналы» он описал суровость уголовно-исполнительной системы: «Аристократы могут осуществлять государственную власть и принимать карательные меры против крестьян-арендаторов по своему усмотрению, включая конфискацию скота, наложение штрафов, порку и краткосрочное заключение под стражу».
По словам люксембургского учёного Альберта Эттингера, «хотя Тибет был не единственным местом, где применялись варварские наказания, он был единственным или одним из очень немногих мест, где столь жестокая уголовно-исполнительная система существовала вплоть до середины XX века».
