Мэйдэй нажала на кнопки. Раздался громкий щелчок, и замок загудел.
Пеппер открыла дверь, и они прошли в здание.
Первое, что отметила Эмили, оказавшись в вестибюле, – это удивительное количество синего в интерьере. Все, начиная от лазурных стен до бирюзовых морских символов, которыми был выложен старый мозаичный пол, напоминало подводное царство. Даже парадную лестницу, ведущую на второй этаж, устилал темно-синий ковер.
– Лифта нет? – спросила Мэйдэй, когда громкий лязг закрывшейся за ними двери разнесся по вестибюлю.
– Кажется, где-то есть грузовой деревянный, но я не уверена, что он рабочий, – ответила Милли, поднимаясь по лестнице.
Что-то в словах Милли заставило Эмили насторожиться. Вряд ли она врала насчет лифта – нет, дело было в другом. Суть игры в «Кроликов» заключалась в отслеживании мельчайших деталей – в том числе манеры речи людей. И Милли говорила о лифте уж больно подробно.
В момент, когда Мэйдэй с Милли скрылись за поворотом, Эмили отозвала Пеппер в сторону и вернулась с ней на лестничную площадку второго этажа. Впереди тянулся коридор, выложенный шахматной плиткой.
– Держи ухо востро, – сказала Эмили.
– Что такое?
– Не знаю. Что-то не так.
Пеппер кивнула.
– Ладно. Пойду поищу грузовой лифт или вторую лестницу. На всякий случай.
Проводив Пеппер взглядом, Эмили поспешила за Милли и Мэйдэй.
Те обнаружились перед дверью четырехсотой квартиры.
– Куда потеряли командиршу? – спросила Милли.
– За мной шла, – ответила Эмили.
– С чего ты решила, что она у нас главная? – поинтересовалась Мэйдэй. – Может, это я тут командирша?
Натянуто улыбнувшись, Милли занесла руку, но постучать в дверь не успела – Эмили перехватила ее кулак.
– Ты знала, что его зовут Роуэн Чесс, – сказала она.
– Что? – растерянно переспросила Милли.
– Мы показали фотографию безымянного мужчины, а ты сказала, что в последний раз видела Роуэна Чесса здесь.
– Ну да, – сказала Милли. – Я его помню. Какая разница?
Милли работала с полиграфом, но врать совсем не умела.
– Что-то не так, – сказала Эмили.
И тогда Милли ей подмигнула.
– Это ловушка, – сказала Эмили.
Милли попросту улыбнулась.
– Твою мать! – Схватив Эмили за руку, Мэйдэй потащила ее по коридору в сторону, противоположную той, откуда они пришли.
В следующую секунду из четырехсотой квартиры высыпала полиция «Кроликов».
– А как же Пеппер? – спросила Эмили, когда они с Мэйдэй добрались до конца длинного коридора.
– Шевели ногами, – ответила Мэйдэй, затаскивая Эмили за угол к лестнице, практически полностью повторяющей ту, по которой они поднялись. Только эта лестница не заканчивалась на четвертом этаже и по ней можно было как спуститься, так и подняться.
Мэйдэй уже пошла вниз, как Эмили схватила ее за руку и указала на пару людей, бегущих к ним с первого этажа.
– Черт, – сказала Мэйдэй, развернулась и побежала за Эмили вверх. – За Пеппер не волнуйся. Она может за себя постоять.
Перескакивая по две ступеньки за раз, они добрались до металлической двери и, толкнув ее, вывалились на крышу.
Повсюду здесь торчали вентиляционные отверстия, трубы и воздуховоды, но взгляд Эмили моментально притянула самая уникальная часть здания: серый купол и белые ставни обсерватории.
Эмили указала на узкую металлическую лестницу, ведущую внутрь, и они с Мэйдэй бросились к ней.
Дверь оказалась не заперта.
Влетев в обсерваторию, Мэйдэй с Эмили закрыли за собой дверь.
Воцарилась кромешная тьма.
– У двери есть выключатель, – раздался из глубины комнаты женский голос, и Эмили вздрогнула.
– Кто здесь? – спросила Мэйдэй.
Пошарив, Эмили нащупала выключатель. Щелкнула им, и помещение залил теплый желтый свет.
Они стояли в идеально круглой комнате. Над головой вместо потолка возвышался большой геодезический купол. По центру стоял большой вращающийся телескоп конца девятнадцатого века. Зеленый металл вокруг переключателей и рычагов слегка потерся, но в целом выглядел хорошо. Эмили не удивилась бы, окажись телескоп рабочим.
Сам купол был выполнен из оцинкованной стали, выкрашенной белым. Вдоль стен обсерватории тянулись встроенные полки и низкая широкая стойка. На полу под ней, прямо напротив Мэйдэй и Эмили, лежала та самая женщина. Азиатка за тридцать, с блестящими черными волосами, уложенными в идеальное каре. Оставшись в белом лифчике и темных джинсах, она прижимала к животу пропитанную кровью бежевую ткань то ли платка, то ли футболки.
– Ты кто? – спросила Мэйдэй. – Что случилось?
– Сколько вопросов, – прохрипела женщина слабо. Попыталась встать, но в итоге снова опустилась на пол.
Схватив металлический стул, Мэйдэй подперла им дверь.
– Интересно, поможет? – спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь.
Эмили присмотрелась к женщине.
– Суон? – спросила она.
– Эмили Коннорс? – ответила Суон. – Какого хрена ты здесь забыла?
