Рядом со столом, не найдя, на что сесть, стоял Гоша – придурковатый парень, известный всей округе. Его мать работала уборщицей в доме отдыха, отца не было вовсе, и лечить его психическое расстройство никто никогда не пытался. Он не был полным дауном, просто в голове у него не работал какой-то важный рычажок, отвечающий за определение правды и неправды. Гоша был удивительно наивным, верил абсолютно всему, что ему говорили, и потом взахлеб пересказывал особенно поражавшие его истории. Когда он был помладше, всех это забавляло, над ним много смеялись, но он на это не обижался, живя в каком-то своем выдуманном мире, где все фантазии были реальностью. Сейчас на него почти не обращали внимания, стараясь не нарваться на пересказ какой-нибудь новой небылицы, но в то же время и обижать его грубостью никто не посмел бы. Одни – потому что сочувствовали нелегкой судьбе деревенского дурачка, а другие – потому что знали: «ключевцы» никого из своих в обиду чужакам не дадут. Обычно они следили за Гошей, не давали ему сильно напиваться, потому что в этом случае он становился совершенно невменяемым, но сейчас никого рядом с ним не было, все были заняты чем-то другим, и Гоша в одиночестве глотал один за другим стаканчики водки, закусывая их солеными огурцами.
В кресле у противоположной стены расположился сам виновник торжества – теперь уже двадцатитрехлетний Серега. Это был стройный высокий молодой человек с коротко стриженными темными волосами и разноцветными глазами: левый глаз был карий, а правый – изумрудно-зеленый. На коленях у него сидела Таня – его любимая девушка. Они были вместе уже почти два года, и все их друзья говорили, что свадьба, пожалуй, не за горами, тем более, что Серега уже крепко стоял на ногах и был совладельцем автомойки на трассе недалеко от «Белых ключей». Таня держала большую банку коктейля и постоянно смеялась над Серегиными остротами. Сам именинник не пил уже три дня: за прошедшую неделю он и так употребил столько алкоголя, сколько обычно не выпивал и за полгода. Он вообще не очень любил это дело.
Не стесняясь взглядов присутствующих, Серега нежно целовал Танины плечи и слегка покусывал ее за шею. По счастливому стечению обстоятельств квартира девушки тоже была свободна всю неделю: ее родители уехали на юг, поэтому отсыпаться и отдыхать от суеты дня рождения Серега ходил туда, оставляя квартиру на наиболее проверенных друзей.
Игорь отлично знал Серегу и всегда уважал его за раннее проявление самостоятельности, предприимчивость и смекалку. Подружились они уже очень давно, но им по-прежнему всегда было, о чем поболтать, однако сейчас Сереге было не до старого друга: Таня явно намекала, что пора бы вновь отправиться в ее квартиру, да и сам Серега был далеко не против, хотя он уже начинал потихоньку уставать не только от алкоголя, но и от секса.
– Водку будешь? – Игорь подергал увлекшегося беседой с Викой Антона за плечо. Тот резко обернулся, раздражение на его лице быстро сменилось замешательством: он размышлял, как к этому отнесется Вика, но девушка сама помогла ему выйти из затруднения.
– Я тоже буду, – она протянула Игорю найденный на столе относительно чистый пластиковый стакан. Антон улыбнулся и залпом допил свое пиво.
Игорь отыскал на столе закрытую бутылку, откупорил ее и плеснул всем на два пальца.
– Я думаю, за Серегу надо выпить, – Антон покосился на именинника, но тот был слишком занят губами своей девушки, чтобы сквозь грохот музыки расслышать, о чем говорят за столом.
– Поддерживаю, – улыбнулась Вика. – Серега хороший парень, мало у нас таких.
Они чокнулись, выпили водку и по очереди запили колой из горлышка двухлитровой бутылки, впрочем, уже наполовину пустой. Антон и Вика переглянулись: у обоих мелькнула мысль о том, что после выпитой рюмки неплохо бы поцеловаться, но делать это было еще рановато. Они продолжили прерванную беседу, а Игорь понял, что ему пора отправляться на поиски приключений. Обычно он искал их в более пьяном виде и почти всегда находил, но сегодня решил обойтись малым.
Толкнув плечом приклеившегося к дверному косяку парня и сквозь зубы пробормотав извинения, Игорь перешел в другую комнату. Здесь танцевали. На столе в углу стоял огромный музыкальный центр. Остальную мебель предусмотрительно вынесли на балкон, в коридор и на лестничную клетку. Из колонок вырывались ритмичные звуки транса, под которые, в такт и не очень, в зависимости от количества выпитого и выкуренного, двигалось полтора десятка человек. Света в комнате не было, он проникал только через открытую дверь, да разноцветными огоньками подмигивал музыкальный центр. Было ужасно душно, лишь сигаретный дым отбивал запах пота. Три девушки, как на подбор, в коротких топиках и облегающих брючках, танцевали в центре комнаты, отдаваясь танцу со всей энергией, пробужденной тониками. Остальные с завистью поглядывали на них, но двигались куда менее активно. В дальнем углу страстно целовалась пользующаяся темнотой парочка.
