– Боюсь разочаровать тебя, – она сделала сочувственное лицо, а затем также громко и невозмутимо ответила: – я вообще не ношу белья!
У Эда чуть челюсть не отвисла от такого наглого ответа: «Непробиваемая…»
Через пару минут уже вернулась Мати. Ния, поблагодарив подругу, забрала полотенце и воду и направилась на стадион.
Устроившись на трибунах, Мати и Эд наблюдали за соревнованиями.
– Ого, а эта девчонка из параллели неплохо прыгает, – Матильда комментировала всё вокруг, не замолкая ни на минуту. – Скоро очередь Нии!
– Да, вот и посмотрим, чего стоит ВСС! – Эдмон как бы в шутку подначивал спутницу. – «Скука смертная… Ненавижу изображать заинтересованность…»
– Я уверена, она всем покажет! – Мати повернула голову и вдруг вскочила с места. – Ого! Это же Вэр?! – она начала махать руками, привлекая внимание друга. – Вэр!
Эдмон заранее позаботился, чтобы им оставили места в первом ряду, так что её точно заметили, но худой парень в синем беговом костюме старательно делал вид, что не слышит криков девушки. Получалось неубедительно, и Мати всё не унималась. Наконец, видимо, сообразив, что игнорировать подругу не получится, Вэртер нехотя направился к трибунам.
– Вэр! Как тебя-то сюда занесло? Ты же ненавидишь спорт! – она с лёту накинулась на друга, не успел тот пожать руку приветливо улыбающемуся Эдмону.
– Отстань… Я и сам не в восторге! – Вэртер был явно недоволен, что был замечен на этом празднике спорта. – Мне баллов не хватает, тренер обещал, что, если поучаствую хоть в каких-то соревнованиях, поставит зачёт.
– Да ладно! – протянула Матильда, пытаясь подбодрить друга. – Подумаешь, несколько минут позора! – добавила она, хихикнув.
– Ты сейчас вообще не помогаешь! – обиженно буркнул Вэр и нехотя поплёлся к старту.
– Не обижайся! Я буду за тебя болеть! – крикнула Мати ему вслед. – Смотри! Смотри! – она машинально взяла Эдмона за руку. – А вот и Ния!
Ли Уортли разбежалась перед прыжком в высоту, её движения завораживали: грация и сила сквозили в каждом жесте. Оттолкнувшись от земли, она с лёгкостью перелетела планку и приземлилась на мягкие маты.
– Какая же она классная! Ния! Молодец! – закричала Матильда, присоединяя свой голос к общему галдёжу трибун.
«Хм, она, действительно, неплоха… для обычного человека».
– Вот это да! Ведь правда она крутая! – обратилась Мати к Эду, не спрашивая, а утверждая.
– Да, очень крутая! – «Но не круче меня… Что-то я уже сегодня устал изображать добрячка…»
Эдмон старался изо всех сил. Его вся эта спортивная феерия особо не занимала, но было просто необходимо заполучить расположение Мати. Кроме того, думая наперёд, он знал, что такое дружелюбие с его стороны не останется незамеченным. Со временем ревность женской половины универа может добавить головной боли Матильде, что, в свою очередь, будет к месту, если вдруг его план потерпит фиаско.
Подхватив свою спутницу за плечи, Принц встал во весь рост и закричал как можно громче: – Молодец, Ния! Вперёд!
– Эй! Не прозрачные! – последовало резкое замечание сзади, и парочка быстро села на свои места.
Эдмон хотел развернуться и достойно ответить недовольному болельщику, но, когда он стал оборачиваться, его взгляд поймал знакомую фигуру, стоявшую у края трибун: «На кого это он… – Принц посмотрел в том же направлении, что и сосредоточенный Марк. – Это было предсказуемо… – зампред неотрывно наблюдал за Ли Уортли. И, несмотря на попытки это скрыть, по выражению лица и по тому, как сильно он сжимал папку, было видно: парень переживает за председателя всей душой. – Рассказывал мне, какая она сука, а у самого слюни чуть не до пола. Эх, любитель блондинок, да ты у нас мазохист. Только уровень не твой. Обречонка – обожаю!»
Начались соревнования по бегу. Мати искренне болела за Вэра, который, кстати, бежал по крайней мере не последним. Девушка так активно поддерживала друга, что через несколько минут у неё сел голос. Забег, в котором участвовал Вэртер, подходил к концу, впереди бежали двое: неизвестные Матильде спортсмены в зелёной форме, а вот ещё один юноша, нагоняющий их, показался знакомым…
– Это что, Хей? – её глаза округлились от изумления.
Хотя они и виделись в пятницу, тогда Мати, занятая собственными переживаниями, не заметила больших изменений: вроде такой же крупный, с несуразной причёской… Панда всегда носил просторные толстовки и широкие джинсы, которые скрывали его тучную фигуру. Но сейчас, в новом спортивном костюме, было видно, что он похудел, щёки сдулись, лицо стало более мужественным, а вместо причёски «под горшок», на голове был короткий высветленный «ёжик».
– Да не-е-ет, не может быть такого! Просто похож, наверное, – ответила она сама себе и снова устремила своё внимание на Вэртера, который бежал из последних сил.
