Марку не нужны были артефакты, чтобы видеть, как вымоталась охрана. Защита замка ослабевала с каждым часом, и уследить за всеми прорехами, сквозь которые пыталась просочиться тьма, становилось всё сложнее. Круглосуточные дежурства, пусть и по сменам, вылазки за теми монстрами, кто слишком близко подобрался к замку… Никто не жаловался, но вчера Вельвела впервые за долгое время заглянула к Пэйну за бодрящей настойкой, а еще попросила Блэка и Уайта подежурить.
Марк чувствовал вину, потому что не мог ничего сделать. А тот, кто мог, не спешил помогать. Хоть и беспокоился за замок – чувства настоящего герцога ощущались на фоне, но Марк уже научился отличать их от своих. Возможно, правильнее было уступить Маркусу. Но пугало не собственное заточение – к Зазеркалью можно привыкнуть, – а судьба Алисы и ее безопасность. И Марк откладывал готовое решение, находя новые и новые способы сдерживать тьму.
Пока получалось. Но как долго, оставалось только гадать. Он надеялся, что в привезенных торговцами товарах будет что-то полезное, какой-нибудь мощный защитный артефакт, и с нетерпением ждал подводы.
На севере бряцали разминочно – постовому показалось, что под стеной хотела просочиться болотная жрятица, но в итоге никто не вылез. На всякий случай вдоль стены пустили железную цепь – пусть теперь попробует появиться, гадина!
Марк почти дошел до заделанной трещины на западной стене. Видно ее было издалека – изогнутая белая полоса в свете костра. Но в стороне от нее он вдруг заметил кое-что еще – шатающуюся фигуру. Он не сразу узнал в ней Эбби – рыжие волосы будто утратили блеск, а лицо и вовсе стало белее снега. Служанка была в легком платье и босая; зажимала левую руку и медленно, как слепая, двигалась вдоль стены.
Последние дни Эбби неважно себя чувствовала. Марк уже слышал об этом от Алисы и старался не вызывать служанку, справлялся сам. Те же книжки принести из библиотеки – невелика проблема. Но что случилось? Эбби где-то надышалась темной магии? После библиотеки и кладовки тьма внутри замка появлялась всего раз, но и одного раза хватит, чтобы отравиться. А на лечение у замка нет сил – тут стены бы удержать, чтобы окончательно не развалились.
– Эбби, ты как? – он подхватил служанку под локоть, не давая упасть.
– Всё в порядке, милорд, не волнуйтесь, – заверила она, очнувшись. Выпрямилась, ловко встав на ноги, словно минуту назад не выглядела древней развалиной, и торопливо одернула рукава. Но он все равно увидел – многочисленные синяки и царапины, которые Эбби неумело пыталась скрыть.
Вереница из трех телег появилась на горизонте к концу следующего дня. Везущие их лошадки шли бодрой трусцой, фонари ярко освещали дорогу, и телеги заметили издалека. Приезд торговцев – важное событие, так что во дворе собрались все свободные на тот момент жители замка. А те, кто был занят, завистливо подсматривали из окон: вдруг да получится выбраться во двор хотя бы на полчасика?
– Ваша светлость, как приятно видеть вас в добром здравии! – рассыпался в любезностях глава торговцев Стоун, в меру упитанный, с добродушной улыбкой и хитрыми глазами. Алиса хорошо его помнила по оригинальной истории – он подвозил Луизу, когда та сбежала из дома. – А это, так понимаю, ваша супруга?
– Леди Алисия, – представил ее Марк.
– Наслышан. Новость о вашей скоропалительной свадьбе до сих пор гудит по столице. Да что уж говорить, моя дочь находит эту историю очень романтичной, – приложив ладонь к губам, доверительно сообщил он.
– Тогда передайте, что герцог безумно влюблен в свою жену, – улыбнулся Марк, поцеловав Алисе пальцы и ненавязчиво демонстрируя кольцо.
– О! – только и вымолвил торговец, вскинув брови – кажется, сам он в «долго и счастливо» не верил, но быстро перестроился и откинул крышку ближайшего сундука: – Что бы вы хотели посмотреть в первую очередь? Магические артефакты, книги, украшения?
– Мех ночной лисицы.
– Прекрасный выбор! Мы как раз привезли с собой несколько шкур, – просиял Стоун и закопался в сундуке, бормоча под нос про растяпистых помощников.
Шкура обнаружилась на самом дне, но нисколько от этого не испортилась. Мягкая, отливающая серебром при свете фонаря. Торговец рассудительно протянул ее Алисе, предполагая, кому герцог может сделать столь драгоценный подарок.
Подарок и правда вышел бы восхитительным. Алиса, конечно, сама написала, что мех ночной лисицы был лучшим в королевстве, но ощущение шелка при поглаживании и исходящее от него тепло так и манило примерить его на плечи. В замке, который постоянно выстужен, такая накидка пришлась бы кстати. Луизе она тоже наверняка понравится, и смотреться на хрупкой баронессе будет прекрасно… Но почему-то не пошитую еще накидку захотелось себе.
– Вам очень идет, – польстил Стоун, и это окончательно убедило, что надо брать.
Подошел Себастьян, и торговец ненадолго оставил их, сверяя заказанные товары с привезенными. Алисе послышалось, что дворецкий упомянул зеркала, а зачем разочарованный вздох – кажется, сейчас зеркал в подводе не оказалось.
