От этого голоса у меня заледенела кровь и пресеклось дыхание. Знакомый голос. Никогда его не забуду, до конца своих дней, пока дышу под этим небом… Глубокий, меланхоличный… Голос Кайло.
Бен подхватил меня — легко, как игрушку. Теперь я не чувствовала почти ничего. Голова бессильно мотнулась набок, когда он опустил меня на кровать, и я беспомощно смотрела, как он задергивает занавески на окне над изголовьем.
— Расслабься, — прошелестел он. — Я не причиню тебе вреда.
И, к моему великому удивлению, повернулся, собираясь опять уйти. Я смотрела ему в спину, буквально оцепенев, и тут меня пронзил страх! Только не снова одна, только не снова в темноте!..
Все, что мне удалось, это громко всхлипнуть, молясь, чтобы он услышал меня… Я попыталась привстать, бросить что-нибудь, лишь бы привлечь его внимание, не дать ему уйти, и каким-то чудом умудрилась уронить на пол книгу с тумбочки… Бен остановился на пороге и обернулся ко мне. Его карие глаза блестели.
— Что-то не так, Рей? — в его голосе вновь прорезался южный акцент. — Думаю, с тобой все будет в порядке. Сегодня тебя ждет хороший сон.
Я смотрела на него, к глазам подступали слезы. Пожалуйста, не оставляй меня одну! Пожалуйста… Я чувствовала, что схожу с ума — голову как сдавило, а мысли путались. Пожалуйста, не оставляй меня!
Бен широко улыбнулся, словно услышав мои немые умоляющие крики. Он переступил порог, плавной походкой направившись от дверного проема к постели, чтобы вновь отвести волосы с моего лица. Сердце колотилось как бешеное. Вокруг все кружилось…
— Хочешь, чтобы я остался? — промурлыкал он.
Мне удалось слегка кивнуть. Пожалуйста!..
Бен скривил губы, словно в глубокой задумчивости.
— Не уверен, что это допустимо, — вздохнул он, оглядывая меня как-то пренебрежительно. — Но ведь это несправедливо — оставлять тебя одну в таком состоянии… И, конечно, не рассказывай наш маленький секрет отцу.
Все это скользило в моем сознании, будто масляная пленка по воде. Отрава, которой пичкал меня Кайло, вызывала схожий эффект, но найти какую-то связь мне не удавалось. Эмоции накатывали одна за другой — Бен обошел кровать и аккуратно скользнул под одеяло, не открыв меня холодному воздуху. Перспектива остаться одной приводила меня в ужас: я ждала, что вот-вот из ниоткуда появится Кайло и утащит меня обратно в ад.
Я вслепую льнула к Бену, пока не ощутила подступающую сонливость — таблетки наконец-то подействовали. Мысли кружились, я почувствовала чужие губы на шее — он придвинулся ко мне, его руки скользнули по моей талии, привлекая меня ближе. Я медленно подняла веки, удивленная, но Бен осуждающе замурлыкал, едва я попыталась отстраниться — мои конечности наливались свинцом, время ускользало.
— Не бойся, — шептал он. — Расслабься.
Кончики его пальцев жгли мне кожу. Он потянул вниз пижамные штаны, которые купил для меня, и я задрожала под его весом — он забрался на меня, не давая двинуться с места. Паника и страх гудели в голове, но тело мне не подчинялось, мозг отказывался осознавать происходящее. Сознание словно пыталось уберечь мой рассудок, заставляя как бы отделиться от собственного тела — так было всякий раз, когда Кайло приходил ко мне в камеру, чтобы изнасиловать.
Что-то зашуршало, раздался звук рвущейся упаковки.
— Сейчас нам нельзя рисковать, что ты забеременеешь, правильно? — После недолгой заминки он вошел в меня с тихим стоном. — Умница… Как же чертовски долго… Ты скучала по моему члену, Рейби?
Я вздрогнула — глаза закрывались, тело содрогалось от каждого толчка. Он пыхтел мне в ухо, кровать скрипела, но в доме по-прежнему царила мертвая тишина. Безвольно вытянув руки по бокам, я смотрела в никуда. Ко мне подступала тьма, и разум тонул в ней, пока Бен был на мне и во мне. Под веками заплясал свет, и словно издалека я услышала сдавленные рыдания.
— О, Скарлетт… Прости меня…
========== Часть 20 ==========
Просыпаться в поту не было для меня чем-то аномальным — теперь. Поэтому, проснувшись среди прохладных, неприятно липнущих к телу влажных простыней, я не придала этому значения. Я медленно села, стащила с себя все и не глядя швырнула одежду на пол. По крайней мере, я проспала большую часть ночи. Уже это следовало почитать за счастье.
Почти голая, я встала с кровати — в ушах звенело, а сердце стучало где-то в голове. Язык казался сухим и неповоротливым, но после изощренной дряни, которой накачивал меня Кайло, я привыкла к таким ощущениям. Протерев глаза, я устало открыла комод. Бен, наверное, уже проснулся.
При мысли о нем у меня участился пульс. Черт… Я смутилась, подумав о том, что мне предстоит посмотреть ему в глаза. Я не могла вспомнить, оставался ли он на всю ночь, и со жгучим, разъедающим горло раскаянием понадеялась, что нет. Так что, напялив чистую пижаму, я обреченно направилась вниз.
Первое, что я уловила, был запах еды, а второе — заставило меня отбросить уныние. Я услышала знакомый голос — тот самый, по которому скучала всей душой.
