| Neglected by her own set, shunned by the respectable, her fortune quite gone, she was nevertheless determined that she would not be a back-street seamstress or a pensioner upon the bounty of quondam friends. | Состояние ее было потеряно, и ею мало-помалу перестали интересоваться даже в ее собственном кругу, а наиболее консервативные семейства уже открыто ее сторонились. Тем не менее миссис Картер сказала себе, что она не опустится до положения швеи или просто приживалки, живущей щедротами своих старых друзей. |
| By insensible degrees came first unhallowed relationships through friendship and passing passion, then a curious intermediate state between the high world of fashion and the half world of harlotry, until, finally, in Louisville, she had become, not openly, but actually, the mistress of a house of ill repute. | Как-то само собой стали возникать не освященные браком узы - иной раз их вязала дружба, иной раз мимолетная страсть; затем еще некоторое время миссис Картер занимала какое-то странное промежуточное положение между светскими дамами и женщинами полусвета, пока, наконец, не открыла в Луисвиле, правда негласно, дом свиданий. |
| Men who knew how these things were done, and who were consulting their own convenience far more than her welfare, suggested the advisability of it. | Совет этот подал ей кто-то из приятелей, знавший, как делаются такие вещи, и заботившийся больше о собственных развлечениях, чем о благополучии миссис Картер. |
| Three or four friends like Colonel Gillis wished rooms-convenient place in which to loaf, gamble, and bring their women. | Ее друзьям - в том числе и полковнику Джилису -нужна была укромная, уединенная квартирка, где они могли бы отдыхать, играть в карты и встречаться со своими дамами. |
| Hattie Starr was her name now, and as such she had even become known in a vague way to the police-but only vaguely-as a woman whose home was suspiciously gay on occasions. | С этого времени миссис Картер превратилась в Хэтти Стар и в качестве таковой стала известна даже полиции. Впрочем, пока ходили лишь смутные слухи о том, что в ее доме временами царит какое-то подозрительно буйное веселье. |
| Cowperwood, with his appetite for the wonders of life, his appreciation of the dramas which produce either failure or success, could not help being interested in this spoiled woman who was sailing so vaguely the seas of chance. | Каупервуд, который всегда проявлял интерес ко всему незаурядному, необычному и умел ценить драматичность жизненных взлетов и падений, не мог пройти мимо этого сбившегося с пути создания, игрушки в руках капризного случая. |
| Colonel Gillis once said that with some strong man to back her, Nannie Fleming could be put back into society. | Полковник Джилис обмолвился как-то невзначай, что при поддержке влиятельного человека Нэнни Флеминг могла бы вновь войти в общество. |
| She had a pleasant appeal-she and her two children, of whom she never spoke. | Она умела трогать сердца. Говорили, что это свойство передалось и ее детям, о которых, впрочем, эта дама никогда не упоминала. |
| After a few visits to her home Cowperwood spent hours talking with Mrs. Carter whenever he was in Louisville. | Побывав несколько раз в доме миссис Картер, Каупервуд стал проводить долгие часы в беседах с нею всякий раз, как приезжал в Луисвиль. |
| On one occasion, as they were entering her boudoir, she picked up a photograph of her daughter from the dresser and dropped it into a drawer. | Однажды, когда он вошел следом за ней в ее будуар, она поспешно убрала с туалетного столика фотографию дочери. |
| Cowperwood had never seen this picture before. | Каупервуд никогда раньше не видел ни одного ее снимка. |
