| His genial sufficiency was a taunt and a mockery to many. | Высокомерная вежливость Каупервуда многих бесила, многими воспринималась как насмешка. |
| The hard implication of his eye was dreaded by the weaker as fire is feared by a burnt child. | Его холодный цинизм отталкивал от него робких. |
| Dissembling enough, he was not sufficiently oily and make-believe. | Если у Каупервуда не было недостатка в вероломстве, то в умении носить маску и льстить он уступал многим. |
| Well, come what might, he did not need to be or mean to be so, and there the game must lie; but he had not by any means attained the height of his ambition. He was not yet looked upon as a money prince. He could not rank as yet with the magnates of the East-the serried Sequoias of Wall Street. | А главное - он не находил нужным переделывать себя. Однако он еще не достиг исполнения всех своих честолюбивых замыслов, не сделался еще финансовым королем, не мог еще померяться силами с капиталистами Восточных штатов -акулами Уолл-стрит. |
| Until he could stand with these men, until he could have a magnificent mansion, acknowledged as such by all, until he could have a world-famous gallery, Berenice, millions-what did it avail? | А пока он не стал с ними в ряд, пока не построил свой дворец, всем на зависть и на диво, пока не создал свою коллекцию, которая прославит его на весь мир, пока у него нет Беренис, нет желанного количества миллионов - как мало он еще достиг в сущности. |
| The character of Cowperwood's New York house, which proved one of the central achievements of his later years, was one of those flowerings-out of disposition which eventuate in the case of men quite as in that of plants. | Нью-йоркский дворец должен был, отразив как в зеркале характер, вкусы и мечты Каупервуда, увенчать собой все его достижения последних лет. |
| After the passing of the years neither a modified Gothic (such as his Philadelphia house had been), nor a conventionalized Norman-French, after the style of his Michigan Avenue home, seemed suitable to him. | Вкусы с годами меняются; ни модернизованная готика его старого филадельфийского дома, ни архитектурный стиль его особняка на Мичиган авеню - традиционное подражание французскому средневековому зодчеству - не могли уже удовлетворить Каупервуда. |
| Only the Italian palaces of medieval or Renaissance origin which he had seen abroad now appealed to him as examples of what a stately residence should be. | Только итальянские палаццо эпохи Ренессанса, которыми он любовался во время своих путешествий по Европе, отвечали теперь его представлению о пышной и величественной резиденции. |
| He was really seeking something which should not only reflect his private tastes as to a home, but should have the more enduring qualities of a palace or even a museum, which might stand as a monument to his memory. | Он хотел создать не просто жилой дом по своему вкусу, а нечто, рассчитанное на века, -дворец-музей, который увековечил бы его в памяти потомства. |
| After much searching Cowperwood had found an architect in New York who suited him entirely-one Raymond Pyne, rake, raconteur, man-about-town-who was still first and foremost an artist, with an eye for the exceptional and the perfect. | После долгих поисков ему удалось, наконец, найти в Нью-Йорке архитектора, внушившего ему доверие. Реймонд Пайн, гуляка, повеса, прожигатель жизни, был подлинным художником, с тонким чутьем ко всему изысканному и прекрасному. |
| These two spent days and days together meditating on the details of this home museum. | Вдвоем с этим человеком Каупервуд проводил дни за днями, размышляя над мельчайшими деталями своего будущего дворца-музея. |
