| All the smug minor manikins of the social world were on the qui vive for some cotton-headed doll of a girl with an endless bank-account. | Все эти светские юнцы, эти самодовольные, разряженные манекены, конечно, предпочтут ей какую-нибудь безмозглую куклу с длинным банковским счетом. |
| By nature sybaritic, an intense lover of art fabrics, of stately functions, of power and success in every form, she had been dreaming all this while of a great soul-freedom and art-freedom under some such circumstances as the greatest individual wealth of the day, and only that, could provide. | Беренис, изнеженная сибаритка, влюбленная в роскошь, в успех, желавшая повелевать, рисовала себе свое будущее свободным от всяких житейских забот, протекающим в атмосфере поклонения искусству. Но для такой жизни требовались прежде всего деньги, и притом немалые. |
| Simultaneously she had vaguely cherished the idea that if she ever found some one who was truly fond of her, and whom she could love or even admire intensely-some one who needed her in a deep, sincere way-she would give herself freely and gladly. | Вместе с тем Беренис смутно лелеяла надежду, что она встретит на своем пути человека, который полюбит ее глубоко, и, если он будет достоин ее любви или хотя бы уважения, она выйдет за него замуж с радостью и охотой. |
| Yet who could it be? | Но где же этот человек? |
| She had been charmed by Braxmar, but her keen, analytic intelligence required some one harder, more vivid, more ruthless, some one who would appeal to her as an immense force. | Брэксмар был очень мил, однако трезвый, холодный ум Беренис требовал другого; ей нужен был человек сильный, решительный, даже беспощадный, который бы подчинил ее своей воле. |
| Yet she must be conservative, she must play what cards she had to win. | Вместе с тем она понимала, что следует быть благоразумной, следует делать ставку только наверняка, без риска проиграть. |
| During his summer visit at Narragansett Cowperwood had not been long disturbed by the presence of Braxmar, for, having received special orders, the latter was compelled to hurry away to Hampton Roads. | Летом в Наррагансете Каупервуду недолго пришлось тревожиться из-за присутствия лейтенанта Брэксмара, так как молодой моряк вскоре получил срочное назначение и спешно отбыл в Хэмптон-Родс. |
| But the following November, forsaking temporarily his difficult affairs in Chicago for New York and the Carter apartment in Central Park South, Cowperwood again encountered the Lieutenant, who arrived one evening brilliantly arrayed in full official regalia in order to escort Berenice to a ball. | Однако осенью, когда Каупервуд, бросив все свои разнообразные и сложные дела, примчался из Чикаго в Нью-Йорк и явился в дом на южной стороне Сентрал-парка, он, к своей великой досаде, снова застал там лейтенанта Брэксмара. В полной парадной форме, оживленный, стройный молодой моряк прибыл, чтобы сопровождать Беренис на бал. |
| A high military cap surmounting his handsome face, his epaulets gleaming in gold, the lapels of his cape thrown back to reveal a handsome red silken lining, his sword clanking by his side, he seemed a veritable singing flame of youth. | Его золотые погоны сверкали, плащ на красной шелковой подкладке развевался за плечами, кортик позвякивал на боку, юное лицо, увенчанное высокой морской фуражкой, сияло красотой и свежестью. Словом, лейтенант Брэксмар казался воплощением победоносной молодости. |
| Cowperwood, caught in the drift of circumstance-age, unsuitableness, the flaring counter-attractions of romance and vigor-fairly writhed in pain. | Обстоятельства складывались явно не в пользу Каупервуда. Внезапно он остро ощутил свой возраст рядом с неотразимым обаянием юности, к тому же овеянной таким романтическим ореолом, и почувствовал себя лишним. Он жестоко страдал в эту минуту. |
