–Не-ет. Я, как с вечера лег, так до твоего прихода и спал. Слышу сквозь сон, в дверь колошматит кто-то. Ежели б не милиция при исполнении, – он окинул участкового сонным взглядом. – Угостил бы от души. – Он перевел взгляд на свой увесистый кулак и вдруг закашлялся.
–Чего хрипишь?
–Простудился.
–Войти можно? – оставив напускное добродушие, серьезно спросил участковый.
–Да чего уж, входи, раз пришел. Гостям завсегда рады, – хозяин посторонился.
Сняв фуражку, участковый, пригибаясь, шагнул через порог.
–Михалыч, давай на чистоту, говори, зачем пожаловал?
Участковый молча прошелся по комнате, заглянул за занавеску, делившую домишко пополам, сел на стул.
–Ночью магазин ограбили.
Хозяин сел напротив участкового, жилистой рукой подпер голову:
–Интересные новости…
–Интересные, Риза. Одевайся.
–Зачем?
–Сегодня утром Левченко поймали в райцентре с добром награбленным. Показывает на тебя, говорит, твоя работа.
–С каких это пор милиция верит Левченко? Чтобы себя выгородить, он и на мать родную укажет. Брехло ваш Левченко, известное брехло. А я ночью спал. Кого угодно, спроси, вон – хоть Шарика. Шарик не сбрешет.
–Показания Шарика к делу не пришьешь.– Надев фуражку, задумчиво произнес участковый, поднимаясь со стула. – Ты зубы не заговаривай. Идем, там разберемся.
Милиционер вышел на крыльцо, оглянулся на Ризу.
–Требую адвоката! Требую следственного эксперимента! – ерничая, заявил хозяин.
–Во-от, я и говорю – и во всем ты такой ушлый! Пошли!..
Двое мужчин вышли со двора, а сквозь щель в соседнем заборе их проводил чей-то внимательный взгляд.
***
В прокуренную комнату сельского отделения милиции вошел Михалыч и следом за ним – взлохмаченый Риза в шерстяном черном свитере, заношенных джинсах и калошах на босу ногу. При виде начальства, навстречу бросился лоснящийся от пота молодой сержант. Брезгливо указывая на сидящего за решеткой мужчину, пожаловался:
–Товарищ капитан! Он снова ругается и плюется! Если б вы только слышали…
–Я, Володя, такое в жизни слышал… – открывая металлическую дверь камеры, спокойно ответил участковый.
В углу на деревянной скамейке скромно грыз ногти средних лет мужчина в потертой кожанке. Взглянув на сидящего, Михалыч как бы между прочим заметил:
–А вот полы у нас давно не мыли. Неси швабру, – повернув голову, обратился он к сержанту.Тот вышел и вернулся с ведром и тряпкой:
–Швабры нет, запропастилась куда-то.
–Придется руками, – Михалыч со вздохом посмотрел на задержанного.
–Мыть не буду! Не имеете права! – поспешно выкрикнул мужчина, вжимаясь в угол.
–Привет, Левченко! – увидев знакомого, уронил Риза, пристраиваясь на подоконник. – Сколько лет, сколько зим!
–Привели голубчика! – обрадовался мужчина.
Сержант всучил ему тряпку и ведро, и настроение Левченко заволокло тучами.
–Привели, привели, – с трудом стаскивая сапоги и переобуваясь в тапочки, сказал Михалыч.
–Ноги болят? – посочувствовал Риза.
–Артрит. Так, вроде бы ничего. А осенью хоть из дома не выходи.
Левченко, оторвавшись от мытья полов, зло обвел присутствующих тяжелым взглядом, ткнул тряпкой в Ризу:
–А он чего полы не моет?
–Ты не разглагольствуй, мой давай, – добродушно сказал Риза. – Кто плевал, тот и моет.
Левченко раздраженно бросил тряпку в ведро, плюхнулся на свободный стул.
–В конце концов! Грабили вместе, а как полы мыть, как в кутузке сидеть, так Левченко! – он нахально развалился на стуле. – Вы были в магазине? Видели, как его профессионально ограбили? Что – так Левченко может?!
–Да-а… – задумчиво произнес участковый.
–А кто у нас известный вор? – не унимался Левченко. – Михалыч, ты же сам знаешь… Ну, дал Бог дружка! Теперь вляпался, в жизни не отмоюсь! Как людям-то в глаза глядеть!..
–Решетки целые? – не поднимая головы, спросил Михалыч сержанта.
–Целые.
–Замок?
–Ага. Никаких следов взлома.
–И сигнализация не сработала?
–Не сработала! – хвастливо ответил за сержанта Левченко.
Риза спрыгнул с подоконника:
–Ладно, Михалыч, чего греха таить, Левченко прав: ему одному такое не по силам.
Левченко довольно осклабился:
–А я что талдычу с утра!.. Кто печь летом перекладывал в магазине? Кто? Риза!
–Ты на что намекаешь? – без интереса спросил участковый.
–На то и намекаю. Вы его спросите! – Левченко кивнул на Ризу.
Михалыч с недоверием усмехнулся:
–Да чтоб такое учинить, нужно асом быть.
Здание поселкового сельпо. Рядом с закрытой на замок дверью, стоял сержант, держащий за руку Левченко. Рядом с ними Михалыч и Риза. Вокруг шушукались любопытные односельчане.
Взяв лестницу, Михалыч приставил ее к крыше.
– Лезь, – показывая на крышу, обронил он. – Покажи нам, как такое возможно.
Скинув на землю галоши, Риза нехотя забрался на козырек здания.
–Давай, давай, покажи, как вы ловко грабеж учинили, – выкрикнул только что подошедший мужчина и закашлялся.
–Чо, Эдуардыч, аллергия? – уточнил пьяный дедок.
–Амброзия, – прохрипел тот.
–А я ночью слышал, как они тут грабили всё. Теперича курить нечего. Когда откроешь магазин-то, Эдуардыч? – не унимался дед.
–Не видишь, милиция работает, – отрезал завмаг Эдуардыч.
