Июнь 1509 года выдался праздничным. 11 июня состоялась свадьба Генриха и Екатерины, 24 июня в Вестминстерском аббатстве прошла их коронация, а 28 июня Генриху исполнилось восемнадцать лет. Правда, в то время Англия была католической страной, а у католиков принято отмечать только дни рождения святых, но скоро ситуация изменится, и после Реформации англичане начнут отмечать дни своего появления на свет. Восемнадцатилетний король формально не считался совершеннолетним, поскольку совершеннолетие по традициям того времени наступало в двадцать один год. В первые два года царствования Генриху помогали управлять государством лорд-канцлер и архиепископ Кентерберийский Уильям Уорхэм, а также епископ Винчестерский Ричард Фокс, занимавший должность лорда – хранителя Малой печати[33]. Есть свидетельства того, что Фоксу Генрих VIII доверял больше, чем Уорхэму.
В пространной оде, написанной по случаю коронации Генриха VIII, Томас Мор[34] возвещает «конец рабства и начало свободы»:
Знать, что недавно была в подчиненье подонков народа,Знать, что так долго была только названьем пустым,Голову ныне подъемлет, гордится таким властелином, —И справедливо она может гордиться теперь…Прежде сокрытые страхом в убежищах тайных богатстваНыне владелец любой рад и дерзает явить.О, сколько радости видеть, что столько воров и немалоРук загребущих теперь тщетно добычи хотят!Нет в том вины никакой (а была она прежде немалой),Чтобы добром обладать, нажитым честным путем.Страх не шипит уже больше таинственным шепотом в уши, —То миновало, о чем нужно молчать и шептать.Сладко презреть клевету, и никто не боится, что нынеБудет донос, – разве тот, кто доносил на других.Значит, все сходятся здесь – пол и возраст любой, и сословье:Нет опасений у них, чтобы скрываться в домах…[35]Можно представить, насколько тяготила подданных внутренняя политика короля Генриха VII, если в оде, посвященной коронации его сына, выказывается такая радость по случаю «конца рабства». Отголоски прошедших времен слышны и в восхвалении молодого короля:
Мы восторгаемся так потому, что владеем свободойИ что опасности, страх, боль и утраты ушли,Что возвратились сюда мир и польза, и смех, и веселье,Что с этих пор на виду принцепса доблесть у всех…Ибо добро, что иные лишь в старости поздней свершили,Тотчас же он совершил в первый вступления день.Схваченных тотчас он ввергнул в оковы.Любой, кто недавноУмыслом злобным своим вред государству чинил,Тот, кто доносчиком был, укрощается ныне в оковах,Чтобы он сам претерпел зло, что другим причинял.Он для торговли моря отверзает. И если торговецБыл притесняем, теперь малый он платит налог.Бывшее долго в презренье сословье людей благородныхВ первый правления день древнюю честь обрело.Должности все в государстве, которые прежде негоднымВ откуп давались, раздал людям достойнейшим он…
