— Ты уверен, что хочешь этого? — спросил я, проверяя остроту ритуального ножа. Лезвие блеснуло в свете голубых кристаллов Потока. — После начала пути назад не будет.
На его лица на секнуду отразилась паника, но затем он, видимо решившись, сделал шаг вперед, и я увидел, как его зрачки расширились от адреналина.
— Я пообещал сделать что угодно. Это — что угодно.
Я кивнул, достал с полки террариум с большим, красивым богомолом, поставил его рядом с центром формулы.
— Для ритуала ты должен пролить кровь, а также отдать свои плоть и кость. Обычно, проводя ритуалы для подопытных Курта, я делаю это сам. Ведь люди в эти моменты спят под обезболивающими. Но ты сделаешь это сам. Вот сюда, на три круга.
Рукоять ножа оказалась направлена на Кайла. Однако сейчас он не сомневался уже ни секунды.
— Да. — кивнул он, выдохнул, схватил нож, занеся повыше, рубанул со всего размаху.
Блеснуло лезвие. Два пальца — безымянный и мизинец — упали на стол, из обрубков полилась кровь, туда же, в круги формулы.
Кайл зашипел, но не закричал. Дождался, когда натечет достаточно, а затем убрал руку. Я, не собираясь дожидаться, когда он истечет кровью, перетянул обрубки нитями.
Потеря двух пальцев по идее тоже должна была лишить способности контролировать энергию. Но и тут была своя фишка.
Так как проводник появлялся в том числе из тех самых крови, плоти и кости хозяина, течение энергии в потерянных пальцах как бы продолжалось внутри проводника.
Я понял это уже довольно давно, обнаружив, что передавать Ану энергию проще всего даже не через солнечное сплетение, где он «обитал», а именно через отсутствующие пальцы.
Символы засияли. Воздух затрещал, будто рвущаяся ткань.
— Встречай своего проводника, — сказал я и бросил богомола в центр формулы.
Богомол начал растворяться на энергию, как уже было в почти десятке проведенных мной ритуалов. Я внимательно наблюдал, готовый ухватиться за любое отклонение от привычной мне нормы.
Однако единственным, что я увидел, была золото-зеленая вспышка в последний момент.
Кайл застонал, его веки дрогнули. Я придвинулся ближе, наблюдая, как его пальцы судорожно сжимают край кушетки.
— Дыши глубже, — сказал я.
Он резко вдохнул, глаза распахнулись — зрачки расширены, в них плавали остатки боли и страха. Потом его взгляд упал на собственную ладонь.
— Что это… — голос сорвался, когда над его запястьем заструился золотисто-зеленый свет.
Из воздуха материализовалось существо — богомол, но не того же цвета, что оригинал. Брюшко переливалось, как полированный малахит, передние лапы — позолоченные серпы. Он щелкнуло челюстями, несколько раз переступило лапками.
— Как ощущения? — спросил я.
— Странные… пробормотал Кайл.
Я наклонился, изучая богомола. Золото, как у Себиана. Зеленый, как у Даргана.
— Какую технику контроля Потока ты практиковал до поступления в центр?
— Технику Лесного Рыси, — ответил Кайл.
Я кивнул своим мыслям. Лесная Рысь была стандартной техникой клана Регул для низших членов. Я и Архан, до того как отправиться в центр стажировки, использовали более продвинутую версию Серебряной Пантеры. А после включения в число кадетов для нас всех,как и для членов главной ветви, открыли оригинальную и самую мощную форму этой техники — Золотого Льва.
Так что все сходилось. Дарган, сначала тренировавшийся полностью самостоятельно, а потом получивший от меня Лесную Рысь, так как передача Пантеры без разрешения главной ветви была строго воспрешена, получил чисто-зеленого проводника. Себиан, взращенный в элитных условиях — имел чисто-золотого.
А Кайл, добравшийся до уровня Ряби на Лесной Рыси, а затем начавший практиковать Золотого Льва, обрел проводника смешанного цвета. У меня же, как и у всех тех, на ком я проводил ритуалы раньше, не было собственной энергии, потому и проводники получались бесцветными.
Однако вовсе не сама цветовая палитра проводников интересовала меня. Мне было важнее понять, влияло ли это на что-то. Именно для этого мне понадобился Кайл. Ведь я бы ни за что не стал делать то, что собирался сделать с ним, с Дарганом.
— Ладно, — разорвал я тишину после почти четверти часа молчания. — Сейчас начинается самое важное.
— Что? — Кайл насторожился.
Я хмыкнул.
— Глубокое проникновение.
Нити Ананси тонкими серебристыми волокнами протянулись к золотисто-зеленому богомолу, замершему перед Кайлом.
— Держись, — предупредил я, прежде чем осторожно ввести первую нить в хитиновую оболочку проводника.
Кайл резко вдохнул, сжав кулаки. Его лицо побелело, но он кивнул:
— Давай.
Я продолжил.
Каждая нить Ананси теперь служила мне щупом, проникая в энергетические каналы богомола. И довольно быстро стало понятно, что проблема куда глубже, чем я мог даже предположить.
У белых проводников энергетическая структура напоминала чистый, но хрупкий кристалл, по бесконечным внутренним граням которого течет Поток. Но здесь всё было иначе. Переплетения энергии внутри богомола Кайла были на порядок более плавными, более настоящими — не просто сосуд для Потока, а живое продолжение самого Кайла.
