— Слева, у корней, — тихо сказал Залика, указывая на едва заметный красный след. Я кивнул, и Анван, ближайший к находке, поднял флаг, быстро сунув за пояс. Первая добыча.
Прошёл час. Мы уже собрали четыре флага, но я понимал, что это капля в море. Темп был медленным, но надёжным — лучше так, чем метаться впустую. Внезапно на горизонте мелькнули фигуры. Чужой отряд.
Мои кадеты мгновенно напряглись, пальцы сжали рукояти оружия.
— Не двигаться, — скомандовал я. — Просто соберитесь ко мне.
Чужаки заметили нас, замерли на секунду, затем их командир резко махнул рукой — и весь отряд развернулся, уходя в другую сторону.
Один из кадетов, стоявший рядом, хмыкнул:
— Почему не атаковали? У нас же флаги.
Я усмехнулся.
— Потому что это глупо. У них их тоже пока кот наплакал. Затевать драку сейчас — значит тратить силы впустую. Их командир это понял.
Кадет задумался, затем кивнул.
— Значит, настоящая охота начнется ближе к концу соревнования.
— Именно, — подтвердил я, следя, как чужаки скрываются в чаще. — А пока — продолжаем поиск.
Нити Ана снова зашевелились, ощупывая землю впереди. Игра только начиналась.
Тени уже сползали с верхушек сосен, когда мы завершили поиски. Четырнадцать флагов — негусто, учитывая, что их общее число составляло тысячу.
Я перебирал в уме стандартную тактику, которую вдалбливали в центре третьегодкам: разбить лагерь, развести костер, приготовить еду, чтобы сохранить силы, окопаться, выставить дозор, а потом заснуть и ждать рассвета.
А все потому что ночью даже с усиленным Потоком зрением сражаться и тем более искать флаги — все равно что ловить рыбу в мутной воде голыми руками.
Но у меня был другой план.
Мы выбрали место на небольшой возвышенности между корнями вековых дубов — естественное укрытие от ветра и случайных взглядов. Земля была холодной и сырой, пропитанной осенними дождями, но мы быстро расчистили участок от хвороста.
— Архан, Серпиан, Буван — копайте дренажный ровик по периметру, — скомандовал я, пока другие разворачивали компактные походные плащ-палатки
Дозорных расставили по принципу «треугольника» — трое смотрят в разные стороны, четвертый в резерве.
Каждые полчаса смена. Никаких костров, никаких громких разговоров — только шёпот и жесты. Даже ели холодные пайки, чтобы не рисковать.
Все было максимально подстроено под то, что лагерь должен быть невидимым для посторонних глаз.
Я разделил отряд на группы по четыре-пять человек, к каждой прикрепил тончайшую нить Ананси — невидимую для чужих глаз, но ощутимую для меня, как дрожь струны.
«Ищите не флаги, а огни костров», — прошептал я, отправляя их в темноту. Если другие кадеты следуют уставу, они уже разожгли привалы, а значит, станут идеальными мишенями.
Лес поглотил моих людей, но через нити я чувствовал каждый их шаг: осторожное продвижение, замершие позы при малейшем шорохе, сдержанное дыхание. Нити тянулись за ними, готовые в любой момент превратиться в оружие.
«Ночь — наш союзник», — подумал я, наблюдая, как последняя группа растворяется среди деревьев. Пусть остальные прячутся у костров — мы будем охотиться.
Через нити Ана я ощущал, как мои группы рассыпались по лесу, словно тени, сливаясь с ночной мглой. Каждая пятерка двигалась осторожно, приглушая шаги — не столько искали флаги, сколько вынюхивали чужие лагеря.
Лес дышал сыростью и прелыми листьями, а где-то вдалеке кричала сова, будто предупреждая жертв.
«Тише, черт возьми», — мысленно пробормотал я, чувствуя, как один из кадетов чуть не споткнулся о корень. Нити, распространившие вокруг групп тончайшие вибрисы, передавали мне каждый шорох: вот слева хрустнула ветка, справа кто-то прошептал команду.
Спустя час первая группа — Киран, Лис, и еще двое — наткнулась на лагерь. Через нить я «увидел» костер, приглушенный плащом, два десятка кадетов. Для полноценного отряда этого было явно мало. То есть они все-таки разделились для поиска флагов.
«Затаиться», — приказал я через нить, и четверо мгновенно замерли, прижавшись к стволам сосен. Лис, самый шустрый, медленно вытащил кристалл Потока из рюкзака.
Это был трюк, придуманный мной пару месяцев назад. Я мог протягивать нити Ана невероятно далеко, особенно если их кто-то тащил. Но чем дальше от меня, тем они становились слабее. Та, что сейчас была прикреплена к рукаву Кирана, не смогла бы даже полкило поднять.
Однако, использовав «ретранслятор» — достаточно мощный источник энергии Потока, я мог подпитать от него нити для повышения их силы. Того же уровня, что был у меня самого, достичь было невозможно. Но этого и не требовалось.
Нити ожили, поползли по земле, невидимые в темноте. Они просочились под плащ, прикрывавший флаги, обвили четыре палочки — и рывком дернули к себе.
«Бегите!» — мысленно рявкнул я, чувствуя, как кадеты рванули прочь.
Группа противника заметила пропажу флагов почти сразу. Уже через несколько секунд позади раздался вопль: «Эй, куда⁈» — и топот ног. Но мои ребята уже исчезали в чаще, ведомые нитью Ариадны.
