Людоед закончил свою короткую борьбу с Бальфуром тем, что просто перекинул молодого эльфа через свою голову, шарахнув его спиной об стену. Оглушённый улан скользнул по ней головой вниз и остался лежать у её подножия слабо шевелящейся кучкой доспехов и конечностей. Ийлан не стал тратить драгоценные секунды на добивание поверженного. Он уже определил Феранора как главную угрозу для себя и спешил расправиться в первую очередь с ним. С поразительной быстротой он набросился на капитана, одной ручищей хватая и сдавливая перворождённого за горло, а второй перехватывая его руку с мечом. Эльдар выпучил глаза, с хрипом хватая ртом воздух и рефлекторно схватился свободной рукой за душащую его чёрную лапищу, силясь оторвать её от себя. Бывали у ан-лорда Мистериорна тяжёлые схватки, но ещё ни в одной из них он не чувствовал себя цыпленком, которому вот-вот свернут шею не смотря на все его трепыхания. Это вызвало в нём настоящий, не изведанный ранее страх. Неужели вот так он и закончит свой путь? Убитый в далёкой пустыне грязным голозадым людоедом, у которого даже нет имени!
«Ну, нет, меня не победит какой-то дикарь из пустыни! Только не это…» — Страх сменился гневом, придавшему перворождённому сил.
Изогнувшись, он обвис на руках верзилы, со всей мочи ударив его обеими ногами в колено, вызвав болезненную гримасу на чёрном лице. Воодушевлённый успехом, эльдар повторил свой удар, вложив в него всю свою ненависть к дикарю. Людоед болезненно скривился, воздевая Мистериорна над головой и с силой отшвыривая его от себя в сторону. Эльф упал на землю на обе лопатки, проехавшись по ней несколько метров и собрав своими плечами небольшой вал, но хуже было то, что меч выскользнул из его рук и теперь прощально помахивал Феранору гардой, воткнувшись в песок шагах в пяти от него. Ийлан завис над эльфом, придавливая к земле ногой и пронзая его безумным от ярости взором. В руках он держал увесистый камень, которого хватило бы чтоб целиком накрыть голову и плечи Феранора. Говорят, что в последний миг перед смертью люди видят собственную жизнь, проносящуюся перед глазами. Видимо, у перворождённых всё проходит иначе, потому что никаких видений из прошлого Феранор не видел. Всё затмевал холодный лик Талиан, который словно призрачный мираж, стоял у него пред глазами, повторяя как приговор: «Я не желаю вас больше знать…»
В следующую секунду Феранору показалось будто падающая звезда, сорвавшись с небосклона, ударила в грудь чернокожего людоеда, опрокинув того вместе с воздетым над его головой камнем. Раздался вой, который не способен воспроизвести ни человек, ни эльф, которому ответил полный боли и страха крик. Приподнявшись на локтях, эльф увидел странную картину: худощавая женщина, закутанная в обрывки белого платья, валяет на песке, трепя и терзая его будто тряпку.
— Отродье Катмэ! — Поражённо сорвалось с губ Феранора вместо слов благодарности, когда он разглядел ярко светящиеся в темноте глаза своей спасительницы.
Смерив быстрым взглядом отделяющее его от меча расстояние, эльдар одним прыжком добрался до оружия, смыкая пальцы на его шершавой рукояти. Женщина мгновенно бросила терзать ещё живого людоеда, ринувшись к эльфу, едва не напоровшись на мгновенно разделившую их острую полосу стали. Вблизи она ещё больше напоминала эльфийку, если отрешиться от слишком бледной, даже по эльфийским меркам, кожи и чёрной сетке вен, которые покрывали её лицо, делая его похожим на истрескавшуюся маску.
— Э-эль… да-а-ар?! — Буравя эльфа горящими жёлтым светом глазами, прошипела она. Феранор был готов поклясться, что вид у неё был удивлённый и раздосадованный. — Нэйэносэнэн… Амут!
— Кто ты?! — Сбившись на хрип, требовательно вопросил Феранор, крепче сжимая меч.
Но вместо ответа та, отскочила к пытающемуся уползти ийлану, обхватила тонкой рукой его за шею и стремглав унеслась с ним прочь, исчезнув среди руин.
* * * *
Слабый стон Бальфура под стеной, привёл Феранора в чувство, вернув к реальности происходящего. Бросок об стену прошёл для молодого эльфа на удивление без последствий, если не считать помятый на затылке шлем и лёгкое сотрясение. Гораздо сильнее была нанесённая копьём людоеда рана в бедро, из-за которой Бальфур не мог самостоятельно передвигаться. Пришлось Феранору подставлять ему своё плечо и вести так до самого лагеря, где их приняли боевые товарищи, искренне обрадовавшись их появлению.
