Однако то, что бесновалось внутри тела привлекательного юноши, давно жаждало свободы, и все сложнее было с ним управляться. Он никогда прежде не уходил в этот мир на столь долгий срок…
Фаина чуть не загубила себя. Глупая девчонка!
Похотливая, бесстыдная, ненасытная.
Как ему хватило сил отказаться от ее требующего, зовущего тела? Ее запах сносит крышу. Как он внушил себе не входить в нее, не рвать на куски, закрывая рот, не насаживать глубже и глубже, впечатываясь в нее, пока она не потеряет сознание?
Она бы точно пожалела о своем решении, но далеко не сразу. Однако передумать он бы ей уже не позволил. Какие сладкие грезы… он бы насиловал ее часами напролет, меняя темп, ритм и позы, позволяя всему этажу слышать ее крики, но не позволяя помочь. Он понимал, что не смог бы остановиться, как с другими девушками, если бы начал. Если бы поддался и получил над телом Фаины абсолютную власть в таком состоянии, как сейчас. Она действительно не представляла, о чем просит.
От нее бы мокрого места не осталось. Он бы стер ей все до крови, изломал кости, проделал новые дыры в ее теле для более интересных проникновений, разорвал ей органы… Он не сумеет насытиться ею, пока его людское тело слабеет, и не сумеет остановиться, пока не обнаружит, что сношает труп.
С каких пор он спасает кому-то жизни? Такое поведение – нонсенс для его братии, созданной для противоположных целей, и никто его за это не похвалит. Хотя уже давно плевать на сложившуюся иерархию. На законы, правила и запреты, которых он придерживался тысячелетиями и никогда не смел выбиться из колеи, проявить своеволие.
Плевать на предназначение и на истинную цель его появления здесь. Что они могут знать – там?! Не видя людей настоящими, не будучи свидетелями их жизни в динамике, а рассматривая только глупый маленький отпечаток прожитых лет на их мертвых лицах? Они ничего не знают, ничегошеньки.
Все, что ему нужно от этого мира, – девушка, которая по счастливому стечению обстоятельств жила напротив той комнаты, в которой Ян решил поселиться. Она одна – самое убедительное оправдание феномена человеческой жизни. Она и есть эта жизнь, тысячелетия людских страданий и скорби, вложенные в единого человека.
Она – также и тысячелетиями скопившаяся привлекательность, собрание наилучшего, что когда-то бывало в людях и всегда притягивало таких, как Ян. Притягивало желанием разрушить эту великолепную гармонию и энергию внутри особенных личностей.
Какое счастье, что она вернулась.
Какой кошмар, что пришла именно к нему.
Человеческое тело и то, как он себя в нем ощущал, вожделело Фаину и визжало об этом всеми возможными способами: от сердцебиения до встающих дыбом волос по всему телу. Противиться плоти было чертовски трудно. Однако истинная сущность Яна догадывалась – эта близость лишит Фаину последних сил. А он ясно решил, что больше она не будет страдать из-за него – уже достаточно перенесла. Пусть лучше будет страдать он сам, ведь теперь он точно знает, что это такое.
Фаина научила его.
Была одна вещь, которую нельзя допустить. Догадка о том, что Фаина влюбилась и не найдет в себе сил отпустить его, причиняла боль там, где у людей расположены легкие. Ян понимал, что не может испытывать эту боль, но все же она была и заставляла кулаки сжиматься в белые костяные бомбы для разрушения, а из пробоины в груди хлестало все больше темной разрушительной энергии, дестабилизируя все вокруг.
Злиться на самого себя – за то, кто ты есть, и не иметь возможности что-то исправить. Ненавидеть себя за поступки, которые вполне естественны и характерны для твоей истинной натуры – невероятная глупость. Как же это по-человечески. Разве может паук презирать себя за то, что плетет паутину? Или аллигатор – за то, что подкрадывается к животным на водопое и утаскивает в мутную воду? Или скорпион – за то, что его жало ядовито?
Но разве не глупо все, что с ним произошло? Так привязаться к человеческой женщине… Пытаться не навредить ей, все более приближая к себе, опутывая, притягивая. Безрассудство. Как и попытки закрыть глаза на то, кем являешься на самом деле и зачем пришел сюда. Вырвать жало, которым наделен. Как будто человеческая жизнь для тебя! Как будто, если ты сумел ощутить что-то, то сможешь остаться здесь до тех пор, пока не станешь как они.
Ни черта бы ты не почувствовал, если бы не Фаина. Но как ей это удалось?! Как эта девушка достигает невозможных целей, даже не ставя их перед собой? Что за чудовищные силы текут внутри нее живительным маслом, смазывая монументальные механизмы ее Личности? Она же просто человек, а ей подвластны вещи, о которых люди не ведают. Но Фаина… она не так проста.
И о многом догадывалась с самого начала.
«Эти чуть нахмуренные брови и прищуренные взгляды, словно пыталась вывести меня на чистую воду – даже когда я еще не разговаривал с нею, не присматривался, не знал, что она такое… уже тогда она, должно быть, догадывалась. Проницательная Фаина. Ей хватало просто видеть меня, стоять со мной на кухне пять минут, пока я готовил».
