Она пришла в себя от далекого, но настойчивого шума, повторяющегося с определенной периодичностью. Что же это было? Известный ей с малых лет, но давно забытый звук. Такие звуки издает лишь нечто огромное. Масштабное.
Например, океан.
Ее пробудил шум волн, в этом нет сомнений. Проблема лишь в том, откуда им здесь взяться. Крупных водоемов, а тем более ревущего моря, рядом с общежитием не было и не могло появиться за одну ночь.
Фаина настороженно вскинула голову, хмурясь и прислушиваясь к ощущениям, которые посылало ей собственное тело. Что-то пульсировало болью, но пока сложно было вычленить из общего потока ощущений, что именно.
Ее мутило, и голова покачивалась из стороны в сторону, словно внутри перекатывалось что-то грузное, тяжеловесное. Свинцовые шарики. У нее были такие в детстве, найденные в отцовском гараже, где всегда было так много интересного. Крошечные, но такие тяжелые, что ребенку сложно в это поверить. Фаина, конечно, выросла, но до сих пор порою вещи и события поражали ее, словно ребенка.
Как и то, что она видела перед собой сейчас.
Девушка приподнялась и осмотрелась. Непонятное помещение, в котором она находилась, не пропускало внутрь ветер, бушевавший снаружи. Выстроенное чьими-то умелыми руками из подручных материалов, оно крепко стояло под гнетом океанской стихии.
Шум волн становился все более отчетливым. Слух и прочие чувства возвращались к ней после мучительного забытья, прореза́лись заново, как коренные зубы на месте выпавших молочных. Пахло свежей древесиной, хвоей и чем-то напоминающим… молоко? С каждой секундой окружающая обстановка вызывала все больше вопросов. Но нельзя сказать, будто Фаина была слишком удивлена – она уже привыкла к состоянию, когда в упор не понимаешь, что происходит.
Вдруг девушка обнаружила, что ей трудно пошевелиться. Она осмотрела себя и увидела, что плотно закутана в плед из шерсти, и, кажется, именно он пахнет молоком, словно… эту шерсть недавно сняли с кормящей овцы.
Бред какой-то.
Фаине было тепло, но все же она выпуталась из уютного мягкого кокона. Одеяло отлично аккумулировало в себе тепло ее тела и остывало медленно. Одежду, обнаруженную под ним, она видела впервые – теплая, воздушная, шелковистая, из материала, подобного пледу, только в несколько раз тоньше. На ногах была пара вязаных носков.
Девушка попробовала встать. Промежность отозвалась режущей до искр в глазах болью. И не только она. Пришлось еще немного полежать, пока все не унялось.
Реальность возвращалась к ней крупицами, как и воспоминания. Последнее, что она запомнила отчетливо, – это чудовищная метаморфоза Янхъяллы из человека в то, чем он являлся на самом деле. Несмотря на теплую одежду, по шее побежали мурашки.
Впервые Фаина в полной мере ощутила, что значит выражение «волосы встают дыбом». Это когда ты внезапно и одновременно чувствуешь волосяные луковицы по всему телу, каждую из них. Как они наливаются чем-то густым и вязким, приподнимают волосок, вспухая под кожей, и пускают по нему эту электризующую жидкость, невидимую глазу.
Тысячами иголочек твое тело пронзает само себя, пока ты стоишь в оцепенении и скрипишь зубами. Вот что это такое.
Даже в момент его перевоплощения ей не было так страшно, как сейчас. А что же было дальше? Что между ними случилось? Сколько же времени прошло, если она оказалась здесь? И где Ян?..
Голова раскалывалась от вопросов.
Фаина сначала поднялась на четвереньки, чтобы не упасть от резкого подъема, затем постаралась встать на ноги, придерживаясь за деревянные стены. На пальцах осталась смола, пахла она приятно, успокаивающе, как свежая елка на Новый год, принесенная отцом с рынка. Стволы и ветки выглядят так, будто их совсем недавно раскололи, сломали, сорвали…
Где же она? Надо выбраться отсюда. Наружу. Там ответы. Правда ведь?
Но к тому, что увидит снаружи, Фаина не была готова. К тому же никаких ответов это не дало. Первым делом она увидела источник шума. Отсюда, с такой высоты, ревущий океан был как на ладони, хотя до него все еще оставалась широкая, в несколько сотен метров, полоса побережья, инкрустированная камнями разного размера и оттенка. Неровным полумесяцем океан вгрызался в сушу, занимая львиную долю видимого пространства.
Вода была практически черной из-за низкого сумрачного неба, затянутого серыми тучами. Ощущалось, что сейчас день, но из-за погоды создавалось впечатление, будто сумерки наступили раньше времени. Хотя это было скорее подобие сумерек, просто воздух здесь более плотный и густой, в нем есть что-то… чего нет в обычном воздухе. В нем словно бы тяжесть и оттенок.
Пару мгновений постояв на суровом ветру и не веря собственным глазам, Фаина пожалела, что не захватила с собой пару толстых одеял.
