На нем были элегантные очки в черной оправе, волосы взъерошены, клетчатая рубаха распахнута на груди, обнажая такой же символ, как и на распахнутом фолианте в его руках. Пятиконечная звезда, заключенная в круг. Он даже ничего не произнес. Вопросы задавать Ян умел и глазами, что отличало его от множества других людей.
– Нужно поговорить.
– Зачем?
– Ты и сам знаешь.
Ян флегматично вздохнул и впустил ее, хорошо отыгрывая свою роль. На самом деле он давно ожидал этого визита, заподозрив в Фаине удивительную наблюдательность, которая могла бы выйти ему боком, если бы Ян не был тем, кто он есть, и не владел ситуацией при любом развитии сюжета.
Пока Фаина не видела его лица, парень позволил себе довольную ухмылку. Закрыв дверь, он положил книгу на полочку обложкой вниз, прислонился спиной к двери и сложил руки на груди в ожидании шоу, которого давно желал. Закончив беглый осмотр комнаты, которую видела уже не впервые, Фаина остановилась у окна и развернулась на пятках, чтобы встретиться глазами с соседом и продемонстрировать свою решительность.
– Что все это означает?
– Не понимаю, о чем ты.
Фаина скривилась. Снова Ян нацепил одну из своих масок. Чтобы разбить ее, потребуются усилия. Девушка решила не торопиться, предчувствуя, что разговор будет долгим и обстоятельным, с аргументами, доказательствами и прочими ораторскими штуками, которые она так не любила и которые были совершенно не нужны, когда собеседники прекрасно знают истинное положение вещей.
– Нет, Ян. Ты только делаешь вид, что не понимаешь. Ты всегда только делаешь вид, – тихо проговорила она.
– Чего ты от меня хочешь?
– Одной простой вещи. Я думаю, ты можешь дать ее мне. Я уверена в этом. – Она выждала и добавила: – Объяснения.
После этих слов в комнате возникло такое напряжение, что Фаина боялась шевельнуться. Будто стоит совершить малейшее движение, она тут же потеряет равновесие и упадет в потоки лавы, жадно пожирающие пол и стены. Ей стало душно, как зачастую бывало в присутствии Яна, и голова кружилась.
– Что же я должен тебе объяснить, Фаина? – Один его тон издевался над нею.
– Вот, опять. Хватит притворяться. Здесь нет никого, кроме меня, чтобы притворяться.
Ян пошевелил бровями, рассматривая соседку. Она говорила негромко и сдержанно, но вполне уверенно. Словно пришла сюда раскрыть все его карты и не уйдет, пока не сделает этого. Становилось все интереснее. Сосед угрожающе прочистил горло.
– Я не знаю, с чего ты взяла, будто хорошо меня знаешь и, более того, можешь командовать мною. Ты находишься на моей территории, ты сама ко мне пришла, так что, будь добра, отвечай на
Фаина нервно усмехнулась, припоминая множественные уколы в темноте. Волоски на шее зашевелились. Страх развязывал ей язык. Она просто устала его бояться. Ее понесло.
– Знаешь, поначалу я думала, ты обыкновенный засранец. В общежитии таких полно. И с каждым годом подселяют новую порцию. Но ты оказался засранцем с осложнениями. Не понимаю, почему никто, кроме меня, не воспринимает всерьез твое поведение. Не надо так на меня смотреть. Я-то хорошо понимаю, что все эти странности напрямую связаны с тобой.
– Какие странности? – спросил Ян скорее для проформы. Его голос звучал уже с откровенной насмешкой.
– Если бы все кончилось на исчезающих в самый неподходящий момент предметах, а также на глюке турникета, я бы еще закрыла глаза. С кем не бывает. Но ты перегнул палку. Ты ведь не умеешь по-другому, да? Только в крайности. Либо не видеть меня в упор, либо выставлять перед всеми чокнутой, включая меня саму. Сначала история с той девушкой на улице, потом ты проникаешь в мою комнату, читаешь мои записи… Я перестаю ощущать сладкое после тех твоих слов на кухне, что тебе надоело, как я к себе отношусь, и да, ты чуть не убил меня дрелью! Это уже перебор, тебе так не кажется?
Ян не выдержал и поперхнулся звуком, напоминающим собачий лай. Фаина строго посмотрела на него. У нее дрожали пальцы, но она их прятала. Психологически тяжело высказывать что-то человеку с таким взглядом. С глазами давно умершей рыбы.
– Насчет дрели – это была лишь твоя выходка и ее последствия. Плюс я был сильно пьян. В комнату твою я действительно однажды проник, когда ты меня попросила, и не более. Но с чего ты решила, что я причастен к остальному?
– Я это знаю.
– Откуда?
– Да просто я не слепая, – с нажимом проговорила она. – В отличие от всех.
Такой ответ удивил Яна. Девушка действительно оказалась опасной. Слишком наблюдательна. Слишком доверяет ощущениям и интуиции, а не здравому смыслу. Такую трудно убедить в том, что она сходит с ума и все происходящее – плод ее фантазии. Даже если весь этаж будет твердить одно, она продолжит настаивать на своем.
Но Ян и не таким хребет ломал. Ему и покрепче орешки попадались, но его клыки пока что справляются с этим делом и раскалывают даже прочную скорлупу.
