Арина довольно долго молчала. Слушая задумчивую тишину на том конце звонка Кира дорисовала в воображении картинку. Подруга наверняка сидела на скамье вдоль окна, застеленной пошлыми бордовыми подушками и накручивала на палец прядь волос. Посторонних шумов не доносилось, а значит окна и двери закрыты. Кира напомнила себе, что Уна не знает болгарский и понять разговор, даже услышав, не сможет.
— Андрис предложил от имени Уны, — вышла из размышлений Арина. — Она в мае как раз возила своих голландцев в Берлин и в сделке не участвовала. Это, кстати, был нетипичный материал, но я знаю за ней манеру скупать все что плохо лежит и перепродавать друзьям. И Маура сразу же заинтересовалась, стоило намекнуть. Когда выяснилось, что все это подделка я списала на косяк Андриса.
— Это не косяк Андриса. Она чистит хвосты. Ты — четвертая строчка в заказе. Я прилечу первым же рейсом.
— Зачем? — голос Арины звучал удивленно.
— Утюг забыла выключить!
— Не злись, солнышко. Сейчас такой момент, когда нельзя пороть горячку.
— Собираешься ее пороть? Ты в курсе, что трахаешься с бабой, которая хочет тебя убить?! — рявкнула в трубку Кира.
— Держи друзей близко, а врагов еще ближе.
— Ты не думаешь, что она попытается закончить начатое? Примчалась ведь сразу же после покушения! Потому что знала!
— Ну разумеется. Приехала подобрать плохо лежащую страну на правах старой подруги. Умница девочка.
— Я при встрече оторву ей башку.
— Это не первый раз, когда я провожу время в постели с врагом, — многообещающе протянула Арина.
— Сука! Из-за чертовой мазни!
— О, ты не права. Это была блестящая мазня. Сохрани документы, может узнаем что-нибудь еще интересное
— А если что-то случится? Я слишком далеко и не смогу…
— Доверься мне, — перебила Арина. — Все будет в порядке. У меня есть своя точка контроля.
Звонок оборвался.
— Вот так бы и выпорола тебя, чокнутая экстремалка, — возмущенно сообщила Кира телефону, взяла с полки сумку и принялась складывать туда папки с документами «U».
Покинув квартиру, где удалось почти не оставить следов, Кира вышла на лестницу и за двадцать этажей спуска смогла кое-как обуздать клокочущую в груди ярость.
Во внутреннем дворе был сквер. Стараниями ландшафтного дизайнера скамейки расположились в живописном мирке туй, елей, низкорослых сосен и можжевельников. Кира признала, что зеленый уголок очень освежает царство стекла, металла и серого камня облицовки. В сквере было не людно. Компания молодежи пила кофе, стильная дама вида «успешный адвокат по разводам» говорила по телефону, уставшая молодая мать механически покачивала коляску уткнувшись в телефон. Над елями вился ветер, разнося чахлые одинокие снежинки, роняя их на иглы, будто пытался создать рождественскую атмосферу
Нарядный вид портила табличка «Не курить», вбитая между скальными можжевельниками. Она возвышалась над лысыми по случаю зимы гортензиями, как знамя борьбы за свежий воздух. Верхняя кромка квадрата с изображением перечеркнутой сигареты равнялась с верхушкой низкорослой пушистой ели. Иголки щекотали правую сторону картинки, из-за чего казалось, что табличка ежится, выпячивая левый верхний угол. На нем висел, зацепившись краем, флажок от бумажной гирлянды, вроде тех, на которых написано “С днем рождения!”. Под табличкой с безмятежным видом курили двое женщин и мужчина.
Кира села на свободную скамейку и уставилась на небо. Шумел ветер, шуршала хвоя, пахло свежестью и дымом. При определенной доле фантазии можно было представить, что она в сосновом бору недалеко от моря. Серые сумерки, тянущие на буксире смуглый, холодный вечер, вмешивались в догорающий день, как кофе в молочную пену. По капле. Солнце таяло между линией домов, погружаясь в озеро и подсвечивая небо алым. Высоко в нем зрела ветреная ночь.
13 декабря
— Добрый вечер, мэм, — поздоровалась девушка за стойкой, удачно попав в секунду тишины между композициями, игравшими в наушниках.
Кира механически кивнула и улыбнулась. Тоже механически. Правила минимальной коммуникации напоминали ей технический скрипт, и каждый раз вызывали ассоциацию с роботом-пылесосом. Пересекая холл, с этими мыслями она не сразу поняла, что девушка окликнула ее дважды и явно ждет какой-то реакции. Кира замедлилась, вынула один наушник и вопросительно поглядела на нее. Девушка улыбнулась. Профессионально вежливо — не слишком ярко, не слишком сухо.
— Добрый вечер, — повторила так, словно без этого магического заклинания скрипт не запускался. — Для вас прислали корзину с цветами. Мы ожидали вашего разрешения, прежде, чем доставить ее в номер.
На лице мелькнула зависть. Кира мысленно похвалила персонал, свято чтящий правило не вламываться в номер клиента, если на двери висит табличка «Не беспокоить». Папки с документами у румсервиса вопросов бы не вызвали, а вот два разобранных ствола, в сочетании с напильником, которым она в минуту душевного порыва спиливала с них номера, выглядели не столь невинно.
— Спасибо.
