– Вы что же, вот так запросто меняетесь людьми, как какими-нибудь предметами? – уточнил краугсхюттер, который был прекрасно осведомлен о том, как и на что играет персонал, напившийся перегонки, производимой аккумуляторным цехом.
– Что значит «меняетесь», краугсхюттер? Мы проводим реальное мероприятие, чтобы те бойцы, которые попали на свои места по недоразумению, смогли найти для себя что-то более подходящее. И это, разумеется, положительно отражается на нашем общем деле. Производительность возрастает, мы становимся сильнее. Об этом на последнем собрании личного состава говорил сам гранд-генерал Хорнер. Вы не согласны с генералом Хорнером?
– Я согласен с генералом Хорнером. Но почему именно этот?
– Я же сказал, он смышленый, но в электрике петрил слабо, потому как электрика наука абстрактная, понимаете? Ну, там, электроны, магнетизм и всякая прочая хрень. А у нас все понятно – вот железо, вот приложение сил – ключ, стало быть. Ну и в гидравлике он петрит, вот сразу реализуем его способ предварительной прокачки рабочей жидкостью.
– Почему предварительной? – уточнил краугсхюттер уже на пределе своей компетенции.
– Потому что потом проверим еще разок, и многие трабблы, если не все, совсем исчезнут, и мы запустим этих роботов в боевую эксплуатацию.
Больше у краугсхюттера вопросов к старшему механику не было. Несмотря на то что лицо стармеха выдавало в нем давно и много пьющего субъекта, в теме политико-идеологической подготовки он смотрелся неплохо, и самое время было переходить к следующей теме.
– Гуттер, давай! – приказал он одному из своих солдат, и тот, приблизившись к повисшему креслу, стал снимать с пилота шлем.
Новый Стоун, стармех и Бидди разом отшатнулись. То, что осталось от головы пилота, вовсе не говорило о его варварском или, как теперь было принято говорить, человеческом происхождении. Это был череп мумифицированного дракона или ящера.
– Пошли вон! Все пошли вон! – завопили солдаты «дистапо», отгоняя механиков, чтобы те не могли видеть истинного вида находки.
– Ой, да оно нам надо?! – отмахнулся Бидди и снова полез на платформу туры: работы еще было много, а срочный заказ означал – никакого сна до его исполнения.
«Дистапо» развело бурную деятельность, и спустя полчаса, когда Бидди и стармех были готовы начать нагнетание новой гидравлической жидкости, количество солдат службы безопасности в том самом углу достигало трех десятков, а древний робот оказался закрыт специальными раздвижными панелями.
– Стоун, давай прокачку! – кричал с туры Бидди, и новичок бросался к малоизвестному ему агрегату, который закачивал в систему гидравлическую жидкость из принесенных канистр.
Завеса вокруг старого робота становилась все плотнее, а у команды механиков работа шла все лучше. Метод Нового Стоуна работал – после прокачки системы в первом роботе не осталось никаких ошибок, а в трех последующих выявились одинаковые для всех проблемы – разрушение расходных шайб.
Проржавели по непонятным причинам.
Шайбы заменили, и машины отозвались чисто – без погрешностей. После чего оставалась ручная прокрутка валов и подшипников.
К концу смены стармех доложил о выполнении задания. Он ожидал обычной команды «зачтено», после чего они отправлялись к себе и знать не знали о том, как сложатся судьбы восстановленных ими машин. Однако на этот раз роботы тотчас встряхнулись и, что называется, пришли в себя.
Они обменялись радиосообщениями и выстроили последовательность заправки. После чего поочередно стали направляться к штуцеру, который наполнял их давно опустевшие баки.
Но даже несмотря на эти перемены в боксе, закрытая непроницаемой пленкой «зона происшествия» продолжала жить собственной жизнью.
Солдаты «дистапо» стояли по периметру мембраны, а оттуда доносились короткие команды и лязг неустановленного оборудования.
Иногда прибывал погрузчик, и ему освобождали дорогу. Доставив груз, он возвращался обратно, и снова воцарялся режим секретности с редкими проникавшими наружу техническими шумами.
– Ничего себе они топают… – негромко произнес новичок, которого распирало от множества полученных впечатлений.
– Это маршевый режим, – пояснил Бидди. – Когда по снегу красться начнут – никто не услышит.
– А почему здесь топают?
– Самый экономичный режим.
– Меня другое занимает, – вмешался стармех.
– И что же?
– А то, что нас так срочно кинули, потребовав вывода целых четырех машин. Последний раз просили только пару.
– Ага, два года назад, – подтвердил Бидди.
– И что это значит? – спросил новичок.
– Поживем – увидим, – подвел итог стармех и направился к выходу из бокса.
После второго краткого привала Брейн, Батон и Григ шли четыре часа.
Не то чтобы это всех устраивало: наилучший вариант – привал на четверть часа через каждые два часа движения, однако так получилось, что они оказались на открытой местности и останавливаться на отдых не было никакой возможности – могли запеленговать и уничтожить одним залпом с замаскированных минометных позиций.
