Все трое одновременно нажали на курок, но Четансапа уже успел высоко подпрыгнуть и так избежал смертельного ранения. Четансапа сбил Шонку наземь, ударил Красное Крыло кинжалом в плечо и с молниеносной быстротой скрылся где-то между утесами и вигвамами. Взревев от ярости, трое вооруженных предателей бросились за ним. Дакота, собравшиеся на деревенской площади, услышали выстрелы. В лагере мгновенно воцарилось смятение и хаос.
Наконец стрельба стихла, улеглись взволнованные крики.
Грозовое Облако и Ящерка, дрожащие от гнева и страха, отыскали в толпе Хапеду и Часке.
Шонка и Татокано, все еще тяжело дыша после погони, вернулись из скалистой пустыни. Красное Крыло отправился к драгунам перевязать рану.
Шонка и Татокано уже успели перезарядить пистолеты. «Этот паршивый койот бежал! – кричал Шонка. – Он подстрекатель к мятежу, изменник и друг изменника! Однако он не уберегся от наших пуль! Пусть сдохнет и сгниет, как последняя падаль, а вы не смейте оказывать ему никакой помощи! Тот, кто поможет ему или укроет его у себя, тоже будет казнен! Я требую, чтобы присутствующие старейшины Совета одобрили наши деяния и наши решения, а не то я попрошу Длинных Ножей, которые стоят лагерем вон там, поодаль, разрушить ваши вигвамы и расстрелять ваших женщин и детей! Я сказал, хау!»
Воины – старейшины Совета, к которым обращался Шонка, опустили глаза долу. Наконец вперед неловко выступил Старый Ворон. «Да будет мир между дакота и Длинными Ножами! Ваши деяния и ваши решения были продиктованы необходимостью. Да обойдет потом трубка, передаваемая из рук в руки, всех собравшихся в вигваме Совета и освятит наше согласие! Я сказал, хау!»
Время еще не приблизилось к полудню.
Не говоря ни слова, Унчида, ко всеобщему удивлению, направилась в вигвам Хавандшиты. Уинона и Грозовое Облако вместе с Хапедой пошли в шатер Четансапы к Монгшонгше. Часке куда-то исчез. Издалека долетала брань драгунов. Шонка и Татокано, видимо, вновь отправились на поиски Четансапы.
В вигвамах все напряженно прислушивались, дожидаясь вестей о Четансапе и надеясь, что ему удастся спастись. Часы бесплодного ожидания ползли медленно, словно улитки. Настал полдень, день, прошли послеполуденные часы, а затем и вечер. В сумерках послышался какой-то шум. Это посланные на поимку Четансапы снова вернулись ни с чем.
На следующее утро драгуны поскакали дальше. Индейские разведчики, исполнявшие одновременно обязанности полицейских, через день последовали за ними. Однако обещанную провизию в резервацию так и не доставили. Хапеду и Часке, Грозовое Облако и Ящерку тошнило от голода, но они никого не терзали просьбами. Щеки у них ввалились, руки исхудали. Какой-то военный из отряда, стоящего поблизости лагерем, подошел к Грозовому Облаку и протянул ей открытую банку тушенки. Ее запах вызвал у девочки отвращение, а сам военный – ненависть, ведь он был из числа врагов. Вдруг потом он станет рассказывать, как кормил молодых дакота, точно голодных собак? С обидой и недоверием Грозовое Облако молча, презрительно отвернулось от «благодетеля». Тот, держа в руке отвергнутую тушенку, вернулся к своим однополчанам и был высмеян.
Эта воинская часть тоже снялась с лагеря и двинулась дальше, а провизию так и не подвезли.
На четвертую ночь, когда вокруг царила мертвая тишина, мальчик Хапеда внезапно привстал в постели. Усталый, он лежал, закутавшись в одеяла, но сон к нему не шел. Тут он заметил, что у входа в вигвам что-то зашевелилось, и понял, что через прорезь в полотнищах внутрь прополз его отец Четансапа. Измученная мать его спала столь глубоким сном, что ничего не услышала, и отец прижал палец к губам, веля ее не будить. Четансапа стал искать лубяные повязки. Мальчик знал, где мать хранит их, и помог отцу перевязать раны. В двух ранах, вероятно, засели пули, ведь они уже загноились. Хапеда принес отцу трех пойманных ящериц, и тот жадно их проглотил. Мальчик тотчас же вспомнил, что отцу понадобится зимняя меховая шуба и одеяло из бизоньей шкуры. Четансапа взял эти вещи и дал мальчику поручение: передать Чапе Курчавые Волосы и Чотанке, чтобы те съездили в агентство и потребовали там выдать дакота провизию. Ихасапе и Острию Копья надлежало отправиться в путь и выяснить, что сталось с верховными вождями.
– Ты еще придешь, отец? – прошептал мальчик. – Или мне прийти к тебе, куда ты скажешь?
– Я прячусь среди скал. Когда предателей и койотов не будет в лагере, я стану приходить каждую третью или четвертую ночь. Если я не смогу прийти, не ищи меня, разве что случится что-то необычайно важное. Тогда дай мне знать возле утеса, похожего на голову коршуна.
Четансапа снова исчез, столь же незаметно, как и появился.
На исходе ночи Хапеда встал. Было это за час до рассвета. Поскольку воды в лагере было совсем мало, Хапеда обтерся снегом. С первыми утренними сумерками он вызвал Чапу Курчавые Волосы из вигвама семи женщин и тайно передал ему послание Четансапы.
