От негромкого участливого голоса захотелось разреветься. Но я пообещала себе, что не буду плакать из-за этой женщины. Ни в коем случае. Нет.
– Неужели я тебе совсем не нравлюсь? – спросила я, посмотрев в глаза Андрею.
Кажется, парень не ожидал от меня такого вопроса.
– Нравишься, – честно ответил Андрей, не отводя взгляда.
– Как друг? – решила сразу уточнить я. – Иначе как объяснить, что ты желаешь Игорю счастья со мной?
– С чего ты это вообще взяла? – хриплым голосом спросил Андрей.
– Я подслушала ваш разговор, – призналась я. Затем быстро добавила: – Не нарочно, конечно. Просто так получилось.
Вместо ответа Андрей подошел ближе к реке, при этом громко выругавшись. От неожиданности я даже зажмурилась. Никогда не слышала от него таких слов.
– Думаешь, личная жизнь Игоря важнее твоей собственной? – выкрикнула я в спину парню.
– Не в этом дело, – буркнул Андрей. – Просто с нами такое впервые. Поэтому я не знаю, как себя вести. Все это сложно объяснить.
Какие могут быть объяснения? Либо мы вместе, либо нет. Я подошла ближе к Андрею. Он сосредоточенно смотрел на черную блестящую реку, будто в воде можно было найти решение всех наших проблем. Я не спускала с парня взгляда, пытаясь уловить в его глазах ответ на свой вопрос: нравлюсь ли я ему как девушка? Судя по тому, как Андрей хмурился, да. Нравилась. Я заметила, как нервно дрогнул его кадык.
Похоже, спонтанные поступки – это моя отличительная черта. Например, сорваться ночью к заброшенной опасной усадьбе или поступить вместо юрфака в театральный. И ведь я еще ни разу ни о чем не пожалела. Пожалуй, кроме того, что полезла в чертов папин ноутбук.
Андрей по-прежнему смотрел на воду. Сердце мое бешено застучало.
– Ладно, черт с тобой, – негромко пробормотала я. Андрей с удивлением посмотрел на меня. – Ты действительно этого стоишь.
Я порывисто обхватила парня руками за шею и, притянув к себе, начала целовать. Андрей сразу ответил на поцелуй, в ответ все крепче прижимая меня к своему телу. Делал он это с таким напором и страстью, будто дорвался до чего-то ранее запретного. На мгновение, оторвавшись от поцелуя, парень внимательно посмотрел в мои глаза. Я чувствовала его сбивчивое дыхание.
– Ты чего? – шепотом спросила я. От внимательного взгляда карих глаз у меня захватило дух.
Андрей, улыбнувшись, покачал головой. Ничего, теперь все в порядке. Парень осторожно взял теплыми ладонями мое лицо и вновь начал целовать. И от этих поцелуев я не чувствовала мокрого берега под ногами. У меня срывало крышу, одновременно бросало в жар и в холод. Казалось, в тот самый миг весь кошмар испарился. Осталось только чувство беспечного лета. Когда тебе всего восемнадцать и единственная проблема в жизни – дожить до новой встречи с парнем, который до чертиков нравится. И любить в эту минуту захотелось еще сильнее. Любить такой любовью, которая сбивает с ног.
Мы долго целовались. И я желала, чтобы это никогда не заканчивалось. Я была готова провести на этом темном тихом берегу всю оставшуюся жизнь. Но Андрей в какой-то момент решил прекратить наши поцелуи и выяснить, что все-таки со мной стряслось. Мы уселись на влажном песке. Я долго разглядывала желтый свет от луны на воде, прежде чем приступить к своему рассказу.
– Представляешь, нам с Митей лгали всю жизнь, – наконец сбивчиво начала я. – Сегодня мы с братом прочитали письмо, и, похоже, его написала наша мама… Конечно, мы не слышали версию отца. Но я уверена, что послание от нее. Имя совпадает. И ты бы видел фотографию… Я ведь рассказывала тебе, что похожа на нее? Она живет в Америке. И вновь счастлива замужем. Только без нас.
– Вот это да, – пробормотал Андрей. – Чем не сюжет для фильма?
– Да уж, – грустно согласилась я. – Никогда бы не подумала, что такой кошмар может произойти с нами. Сюжет не то что фильма… Сюжет какого-нибудь популярного ток-шоу по телевизору. Глядишь, нас еще в студию пригласят. Туда, где все возмущенно кричат, а ведущий просит не переключать канал.
– Ты еще и шутишь? – осторожно посмотрел на меня Андрей.
– Я просто не знаю, как к этому относиться. Как мне реагировать? Сейчас стараюсь разговаривать с тобой спокойно, а саму будто разъедает изнутри.
Андрей молчал, участливо глядя на меня.
– Я даже немного тебе завидую, – призналась я. – От тебя не скрывали правду. Понимаю, совсем маленьким детям такое так просто не объяснишь, но ведь мы уже давно не малыши. Можно было все рассказать. Как папа не чокнулся? Столько лет жить во лжи. От того, что он скрыл правду, страдаем теперь все мы. И как он тогда вообще перенес это расставание?
– Когда моей мамы не стало, – начал Андрей, – отец первое время каждый вечер напивался до потери сознания и рано засыпал. Меня хотели определить в Дом ребенка, пока он не придет в себя. Но бабушка не позволила. Первые полгода своей жизни я провел у нее.
