– Все это так печально, – пробормотала я. – Мы тоже до школы часто у бабушки оставались. Особенно в выходные. Потому что папа был спокоен за нас, только когда мы оставались в саду. Там вкусно кормили. А отец всю жизнь много работал. А еще так и не научился готовить. Обычно он нам делал яичницу, бутерброды с колбасой и варил картошку в мундире. А бабушка по субботам откармливала супами. Потом уж я потихоньку готовить научилась. Когда в школу пошла.
Я замолчала.
– А как к этой новости отнесся Митя? – спросил Андрей.
– Если честно, мне показалось, что как-то чересчур спокойно, – ответила я. – Но Митя никогда не показывает своих настоящих эмоций. Иногда мне кажется, что в этом вы с ним похожи… Митя предложил дождаться отца и выслушать его объяснения. Но что за обстоятельства могут возникнуть, что ты просто забиваешь на своих детей? Я такого не понимаю… И не пойму никогда. Нет, брат не будет плакать из-за нее. И я не буду.
Интересно, в какой раз я произнесла эту установку? Похоже на самовнушение.
– Я стараюсь держать себя в руках, – продолжила я. – Хотя обычно я очень эмоциональная. Но при Мите не хочется совсем расклеиться… и при тебе тоже. Сижу вот, песочек ковыряю палочкой. А внутри себя кричу, громко хлопаю дверью… И плачу всем сердцем. Я слабая.
– Ты не слабая, – покачал головой Андрей, а затем тут же притянул меня к себе. – Ты права на мой счет. Я очень сдержанный. Я сухой. Я скуп на эмоции. Мне так хочется поддержать тебя сейчас… Ты только скажи – как?..
В ответ я обняла Андрея еще крепче.
– Просто не уходи больше. Пожалуйста.
Не знаю, сколько времени мы с Андреем просидели на берегу, на его расстеленной ветровке. Тот самый светлый анорак, в котором был парень, когда мы впервые встретились. Перед глазами тут же появилась картинка, как Андрей склонился над моей раненой Пуговкой. Как в то утро дождь заливал его лицо и капли воды стекали с русых волос. Помню, как Андрей пытался меня отвлечь от слез, когда тащил на руках собаку, спрашивая, какой породы Пу… Чувствовалось, что и в эту ночь Андрей вновь хотел, чтобы я хоть на мгновение забыла о возникших проблемах. Конечно, мысли о маме меня не покидали, но все-таки сейчас рядом с парнем мне было немного легче. Как вовремя в моей жизни появился этот человек.
Мы вернулись к дачам в тот момент, когда небо над нашими головами уже тлело рассветом. Еще не доходя до забора, я услышала шорох. Под ногами кто-то копошился. Боже, неужели опять змея?
– Что это? – пискнула я, подскочив к Андрею и схватив его за руку. – Гадюка?
Андрей внимательно посмотрел на траву.
– Не думаю, – улыбнулся он. – Семейство ежей возвращается с ночной охоты. Вон же они, посмотри.
Мы вдвоем тут же присели на корточки и уставились на удаляющиеся колючие спинки. Ежи, мило переваливаясь, скрылись в кустах.
– Какие забавные, – улыбнулась я, переведя взгляд на Андрея.
– Да, – улыбнулся в ответ парень.
– Сначала подумала, что змея, – призналась я. – Помнишь, как тогда на рыбалке Митьку из-за этого с лодки опрокинула?
Негромко рассмеялась, вспомнив озадаченное лицо брата, когда я, испугавшись до смерти, чуть не стянула с него шорты.
– Тоже змей панически боюсь, – признался Андрей.
– Я думала, ты ничего не боишься, – серьезно сказала я. – Или, по крайней мере, не признаешься мне в своих страхах.
– Не понимаю, что в этом такого? – рассмеялся Андрей. – Я еще в детстве бабайку боялся. И в Деда Мороза, кажется, дольше, чем Игорь, верил.
– Ну ладно Дед Мороз! – откликнулась я. – В него я тоже долго верила… Но бабайка?.. Андрей, как же так?
– Думал, что она живет под моей кроватью, – с серьезным видом продолжил парень. – Лохматая и седая такая, с гнилыми зубами и длинными когтями.
– Фу, кошмар! Это, случайно, не Игорь подкинул тебе такое описание? – полюбопытствовала я.
– Когда мы делили одну комнату на двоих, мне очень «перепадало» от его страшилок, – вздохнул Андрей.
– Представляю, – улыбнулась я, вспомнив историю с николаевской ведьмой.
– Может, наконец встанем с корточек? – предложил Андрей. – Не очень удобно так общаться.
Я вновь негромко рассмеялась. Андрей первым поднялся и протянул мне руку. С его помощью я встала и взглянула на наш притихший голубой дом. В окнах отражалось утреннее небо. Наверное, Митя уже видит десятый сон…
– Второй день подряд мы вместе встречаем рассвет, – сообщила я Андрею.
– Действительно, – усмехнулся парень. – Мне кажется, после всех событий тебе нужно хорошенько выспаться.
Мы посмотрели друг другу в глаза. Наверное, вид у меня сейчас такой жалостливый, как у побитого щенка. Андрей молча заключил меня в объятия. Мы немного постояли так, крепко обнявшись. Затем парень отвел волосы от моего лица и поцеловал.
– Постарайся уснуть, – тихо проговорил Андрей мне на ухо. – Пожалуйста.
– Я постараюсь, – кивнула я в ответ. Тем более глаза мои действительно уже слипались. – Спокойной ночи… или уже спокойного утра?
