Знаю я милосердие твое, Человеколюбец, потому припадаю к тебе и молюсь твоей благости: «Да снизойдет на меня милость твоя, Владыка, ибо волнуется душа моя и болит об отхождении своем от окаянного моего тела: что если воинство лукавого супостата встретит ее и удержит ее во тьме за тайные и явные, в жизни этой содеянные мной грехи?
Будь милостив ко мне, о, Владыка, да не увидит душа моя темного обличья лукавых бесов, но да приимут ее светлые ангелы твои. Имеющий власть отпускать грехи, отпусти мне, чтобы обрел я покой, и пусть не останется пред тобою грех мой, что из-за немощи плоти моей совершил я словом, и делом, и помыслом, вольно или невольно, осознанно или бессознательно, да предстану я пред тобою в бестелесном виде, не имея никакой скверны на образе души моей, да не схватит меня, грешника, темная рука князя мира сего, чтобы ввергнуть меня в бездну ада, но заступись за меня и будь мне спасителем и заступником!
Помилуй, Господи, осквернившуюся страстями жизни сей душу мою, и чистой ее прими через покаяние и исповедание грехов, и своей силой возведи меня на божественный твой суд. Когда начнешь ты расследовать наши прегрешения, что совершили мы словом, и делом, и помыслом, тогда, преблагой Владыка, не обличи мои тайные <грехи> и не опозорь меня перед ангелами и людьми, но пощади меня, Боже, и помилуй меня! Когда я думаю о Страшном твоем Суде, преблагой Царь, то страшусь Судного Дня, и боюсь, обличаемый своей совестью, и скорблю сильно о делах моих грешных, и не знаю, как буду ответ держать перед тобою, бессмертным Царем, так тебя горько прогневал, или как дерзну воззреть на тебя, великого и грозного Судию, я, скверный, и блудный, и порочный?
О, Христе, всем царь, даруй мне слезы теплые, да оплачу свою душу, которую жестоко погубил я! О, Господь славы, милосердный Отец, и Сын единородный, и Дух Святой, помилуй меня, и избавь меня от огня негасимого, и удостой меня справа от тебя стать, Судия праведный!»
Исповедь и покаяние, <которые следует> произносить рано утром и вечером перед иконою Владыки или перед распятием Христовым в умилении, со слезами
О, Владыка-человеколюбец, Святая Троица, Отец и Сын и Святой Дух! Благодарю тебя, Светодавца, за твое великое милосердие и долготерпение! Если бы, Господи, твоя доброта не защищала меня, грешника, денно и нощно и всечасно, то погиб бы я, окаянный, как прах под ветром, за свое окаянство, и леность, и слабость, и за все скверные и непристойные грехи, и сверхъестественные беззакония, ибо не перестаю я всякий час пред тобою зло творить, не пребуду ни единого часа, чтобы не совершить греха. Даже когда пожелал я прийти к отцу духовному на покаяние, и тогда, устыдившись перед лицом отца своего, утаил грехи, а иные забыл, и не мог исповедаться из-за стыда и из-за множества своих прегрешений, — поэтому покаяние мое нечисто и ложно сказанное мною о себе.
Но ты, милостивый Отец, знаешь тайны сердца моего, молюсь я тебе, Господи Боже, Спаситель мой: ты сам ныне, сам, прости меня и разреши от грехов грешного и недостойного раба своего, священноинока Евфимия, ибо сам себя связал я страшными прегрешениями и некому освободить меня от них, грешного, кроме тебя, Господа Бога моего, Иисуса Христа. Ибо в беззаконии зачат я, и в грехах родила меня мать моя, согрешил я, Человеколюбец, от рождения моего и до сего часа <согрешаю> всеми чувствами моими пред тобою, Светодавцем, и пред Пречистой Богоматерью, и пред всеми святыми. Нет ведь такого грешника на этой земле и нет такого греха, которого я, окаянный, не совершил бы, и нет им конца; ни среди мертвых, ни среди живых нет меня окаяннее и греховнее; ни в Содоме, ни в Гоморре не было такого грешника, как я. Согрешал я с бессловесной скотиной, согрешал всеми моими членами, оскверняя душу мою и тело! И был я зачинателем всякого зла: ленив на добрые дела, скор же на скверные дела. И нет конца и края моим бесчисленным грехам, за что оплакан был я ангелами, за что оскорблен и осмеян был врагами, за что осужден был на разные и бесконечные муки.
Но ты, милостивый Господь-вседержитель, незримый Отец, прими ныне грешное мое покаяние и помилуй меня, грешного священноинока Евфимия, ты ведь знаешь, милосердный, мое окаянство, мое беззаконие, мои бесчисленные грехи. Не достоин я человеколюбия твоего, Господи, а достоин бесконечной муки за мои окаянные дела и бесчисленные грехи. Но воля твоя да будет — помилуй меня бескорыстно!
