— Отец мой. Он всю жизнь этим занимался.
— Понятно. А отец ваш где сейчас?
— Умер. Давно уже.
— Царство ему небесное, — отец Никодим перекрестился. — А в какой вере был крещен?
— В православной, конечно.
— А молитвы знаете?
— Знаю.
— Расскажите "Отче наш".
Антон начал читать молитву. К счастью, он помнил ее из детства — бабушка учила.
— Хорошо, — кивнул отец Никодим. — А "Символ веры"?
Эту молитву Антон помнил хуже, но как-то выкрутился, кое-где заменяя забытые слова близкими по смыслу.
— Неплохо, — сказал священник. — Видно, что в вере воспитан. А скажите, не приходилось ли вам встречать... необычные явления? В вашей работе?
Вот оно. Антон понял, что разговор подошел к главному.
— Разные явления встречаются, — осторожно ответил он. — Природа многообразна.
— А именно какие? Говорят, вы недавно экспедицию возглавляли. К Зубьям дьявола ездили.
— Ездил. Руду искал.
— И что нашли?
— Руда есть. Но добывать трудно.
— А почему трудно?
Антон понял, что священник знает больше, чем показывает. Возможно, кто-то из участников экспедиции уже рассказал о странных явлениях.
— Местность неудобная. Камни большие, обход трудный.
— Только ли камни? — в голосе отца Никодима появились стальные нотки. — Или есть что-то еще?
— Есть... странности. Компас там не работает. Время как будто по-другому идет.
— А! — отец Никодим выпрямился. — Вот мы и подошли к сути. Расскажите подробнее об этих странностях.
Антон понимал, что попал в ловушку. Если он расскажет слишком мало, то покажется, что скрывает что-то важное. Если слишком много — могут обвинить в связях с нечистой силой.
— Камни там особенные, — сказал он наконец. — Большие, темные. И вокруг них... необычная атмосфера. Люди плохо себя чувствуют, звуки странные слышатся.
— А свечение видели?
— Видел. Слабое, но видел.
— И что думаете об этом?
— Не знаю. Может быть, в камнях какой-то металл есть, который так действует.
Отец Никодим кивнул.
— Разумное объяснение. Но скажите, а не думали ли вы, что это может быть... воздействие темных сил?
— Думал, — честно признался Антон. — Но решил, что лучше искать естественные причины.
— Мудрое решение. А теперь скажите — находили ли вы что-нибудь необычное? Предметы, письмена, следы чужого присутствия?
Антон замер. Значит, они знают о лагере современной экспедиции. Или подозревают.
— Находил, — сказал он после паузы. — Остатки какого-то лагеря. Но людей там не было.
— А вещи были?
— Были. Странные вещи. Не наши.
— Покажите.
Антон понял, что выбора нет. Он достал из сундука один из документов, которые взял в лагере. Самый безобидный — какую-то научную статью.
Отец Никодим взял бумагу, долго ее изучал.
— Письмена странные, — отметил он. — Не наши. Даже не латинские. А язык... — он прищурился. — Язык вроде бы русский, но какой-то неправильный.
— Я тоже не понял, что это, — сказал Антон.
— А еще что-нибудь взяли?
— Нет. Показалось опасным.
— Правильно. — Отец Никодим сложил бумагу, спрятал в рукав. — А теперь скажите мне честно — верите ли вы в то, что эти камни могут быть... вратами? Проходами в иные миры или времена?
Вопрос был задан в лоб. Антон понимал, что от ответа зависит его судьба.
— Не знаю, — сказал он осторожно. — В священном писании говорится о многих чудесах. Может быть, Господь оставил в мире места, где действуют особые законы.
— Интересный ответ, — отец Никодим улыбнулся. — Не отрицаете возможность чуда, но и в суеверия не впадаете. А что думаете — если эти камни действительно врата, то куда они ведут?
— Не знаю. Может быть, в прошлое. Или в будущее.
— А сами пробовали... войти в эти врата?
— Нет, — соврал Антон. — Показалось слишком опасным.
— Мудро. Очень мудро. — Отец Никодим встал. — Ну что ж, беседа наша подошла к концу. Вижу, что человек вы разумный и верующий. Но позвольте дать совет — избегайте этих мест. И никому не рассказывайте подробности о том, что видели.
— Почему?
— Потому что люди склонны к суевериям. Кто-то может решить, что вы колдун. Кто-то — что нашли сокровища и скрываете. А кто-то просто испугается и донесет куда не следует.
— Понял.
— И еще. Если найдете что-то еще необычное — приносите сразу к нам. Церковь должна знать о таких вещах.
Священники ушли, оставив Антона в состоянии глубокой задумчивости. С одной стороны, беседа прошла лучше, чем он ожидал. Его не обвинили в ереси, не арестовали, не предали анафеме. С другой стороны, было ясно, что церковь знает о временных аномалиях больше, чем показывает.
А фраза про то, что церковь должна знать о таких вещах, звучала не как просьба, а как приказ.
Антон понимал, что попал под наблюдение. Теперь каждый его шаг будут отслеживать, каждое действие анализировать.
Но у него не было выбора. Нужно было продолжать жить и работать, стараясь не привлекать лишнего внимания.
Через час после ухода священников к нему зашел Алексей.
— Видел, что к тебе отец Никодим приходил, — сказал он. — О чем разговор был?
— Про экспедицию расспрашивал. Про то, что мы там видели.
— И что ты рассказал?
— Правду. Но не всю.
Алексей присел на край кровати.
— Слушай, Антон, мне кажется, ты знаешь об этих камнях больше, чем говоришь. Я прав?
