Шрон булькнул смехом, вполне точно представив настоящие слова Ларны и про лес, и про тропку, и в целом про дорогу для нудной старухи. Бабка с подозрением покосилась на догадливого хранителя. Скорбно сжала губы и закончила покороче, без вычурности.
– Велел в ноги пасть и подать прошение о переселении всей деревеньки. Двадцать восемь душ взрослых уцелело нас, да детишек двадцать три. А сами они второго выра упросили плот делать, вот такова их доброта к нам, погорельцам.
– Дозволяю переселяться, – сдался Шрон, понимая, что от старушки иначе не отвязаться. Порылся в сумке, укрепленной у нижних рук, достал знак ар-Бахта и на его оборот нанес несколько царапин лапой. – С этим обратитесь к шаару города Шаргр. Он определит вам место и выделит средства на обустройство. Отдельно черту наношу, – Шрон лязгнул панцирем особенно серьезно и звучно, – о молчании. Если кто из вас о прошлом месте жительства хоть слово вымолвит, сия черта указует: отрезать язык. Ибо в слове том немирье для нас, аров, и неволя для вас, людей.
Старушка испуганно кивнула и промолчала. Приняла с поклоном медную бляху, глубоко припрятала, прежде бережно увязав в вышитую тряпицу. Поклонилась и резво юркнула по знакомой тропе в лес. Страж подошел ближе, вежливо дрогнул усами.
– Вчера мы нашли их, – сказал он, опасливо целя одним глазом в сторону рябинника и проверяя, не подслушивает ли старушка. – Позавчера, как с вами расстались, мы…
– Нас не было в мире два полных дня? – удивился Шрон.
– Дедушка такой, он время двигает, когда надобно, – кивнула Тингали. – Мы бы извелись в ожидании…
– И то, и то… – согласился Шрон. – Значит, два дня. Немало!
– Здесь такое творится, что и сказать тяжело, – осторожно выдохнул страж. – Пока что мы с братом – стражи замка – мало понимаем. Брэми Ларна, как нам думается, знает и угадывает больше. Однако и он, и брэми Ким, после первого боя ушли на юг, нам велели людей вести к морю. Если придётся, переправлять, не дожидаясь их возвращения. Еще сказали вас оповестить, разрешение для людей испросить и убедить ждать вестей у берега. Они обещали быть к ночи.
– Был бой? – бровные отростки Шрона поползли вверх.
– Именно так, – подтвердил выр. – Мы вмешались, потому что людей убивали прямо в их домах. Ларна допросил управлявшего всем наемника. Он был в большом гневе, ар. Потому что снова углядел в том человеке свое подобие. Усы длинные, знаки ар-Бахта на них. Сам злодей рослый, светлоглазый. Сделано всё так, словно напали наемники, приведённые ложным Ларной с нашей стороны пролива.
– Кланд обезумел, – ужаснулся Шрон.
– Брэми Ларна просил передать: он полагает, это не план кланда, – тихо продолжил страж. – Он сказал, что больше похоже на иное. Хотел проверить, жив ли старый шаар и не пытается ли он или его сын собрать наемников, прикрываясь волей кланда.
– Сколько в Горниве выров? – тихо спросил сам у себя Шрон. Потер верхними руками панцирь в задумчивости. – Ар-Сарна тут не живут, им столица милее. Им кажется важным удержать власть там, хотя столица лежит в землях ар-Багга… Невесть где! Собственный замок кланда стоит на восточном берегу, в запустении его бассейн. Главный, как же… Одно название, никак иначе и думать не следует. Все силы кланда в столице, нет сомнений. Положим, стражей-выров в замке с десяток, пусть и полнопанцирных, из безродных, у кого своих замков нет. Именно так я сам указал Ларне, когда он выспрашивал. Тантовых кукол не менее сотни, что толку от тех кукол без грамотного управления? Далее… еще в трех городах выры имеются, по пять-семь, не более. И все? Пожалуй, так. Ох-хо, плохо дело в Горниве. Гниёт власть и закон ветшает.
– Зато выродёры тут вольно живут после того, как их объявят мертвыми, – добавила Тингали. – Ларне так сказал наёмник, которого поймали в Тагриме. И таннскую соль тут производят.
– Верно ты выбрала ветер для парусов мысли, – подхватил Шрон. – Шаару надоело быть рыбьим кормом. Он хочет иного.
– Князем стать, – уверенно закончила мысль Тингали. – А не рановато он выров признал негодными?
– Так посредники выродёров ему не чужие люди, – предположил Шрон. – Про гибель сорока галер узнал, пожалуй, раньше кланда… Только на днях и узнал: вот уж вовсе верно я угадал, как мне думается. От новости такой шаар сильно в собственном мнении возрос да укрепился. Немирье у выров? Ар-Бахта враждуют с ар-Сарной? Хорошо же, вот вам новый повод, бейтесь крепче и до победы, истребляйте друг дружку. А я тем временем накоплю сил и возмечтаю о столице, что мне одна Горнива… – старый выр резко лязгнул клешнями. – Гнилец!
– Шаар? – понятливо вздохнула Тингали.
