– Осада неминуема, – уверенно сообщил Ларна. – Лучше это скажу я, человек. План атаки днища галер красив и заманчив. Но смертоносен для исполнителей. Я прошёл в главном бассейне, нет смысла скрывать явное для всех вас, полную подготовку выродера. Я был наёмником кланда. Именно так. Потому знаю, когда уязвим выр в море, в родной своей стихии,. Мы, люди, создали во время войны пятивековой давности немало средств против вас. А вы изучили их и выработали меры против нас. То и другое теперь на службе у кланда. Начну с ядов и сразу отмечу: у нас их мало. Слишком мало. Но я уже распорядился собрать всю таннскую соль с галерей библиотеки. Вдруг да пригодится…
Ларна тяжело вздохнул и прогладил ладонями план замка. Начал рассказывать, как защитные сетки на днищах путают клешни. Как работают группой дозоры выров сопровождения. Подробно изложил сведения о более редком, чем таннская соль, яде: растворенный в воде, он вызывает паралич жабр. Создан яд, что вдвойне постыдно для людей, на основе «желтой смерти», и самим своим существованием он изобличает вину сухопутных в отравлении моря… Бутыли с ядом, – указывал Ларна, – наверняка находятся на галерах. При первой же угрозе подныривания под днище из них начнут сливать отраву. Тогда негодной для жизни выров станет область воды в десятки саженей, а то и сотни. Даже стражи охранения галер уйдут со своих глубин и продвинутся вперед, чтобы избежать гибели. Ядовитое пятно желтизны отравит воду надолго, будет медленно дрейфовать к берегу. Оно вторично причинит вред, добравшись до бухты и, может статься, омертвив берег возле замка.
– Однако же три-четыре галеры утопить можно, – прищурился Ларна. – Крайние в строю, и только при атаке строго снизу, из заранее избранной засады. Потом сразу нырять и уходить. Уводить выров охранения за собой, чтобы проредить их численность. Это хороший план, он достоин изучения. Но повторить атаку на галеры нельзя. После первой яд будет использован и неизбежно окажет действие, пусть и малое. Потребуется лечение. Чем снять влияние этой гадости в малых дозах, я знаю. Нужные порошки есть, действуют они быстро.
– Четыре – уже хорошо для начала, – обстоятельно согласился Шрон.
– В узостях мы займемся обрушением скал, – продолжил Ларна. – Это работа для Шрома и Юты. При их силе можно хорошо затормозить врага. Если получится затопить две галеры в каналах, тут и тут, осада и вовсе сделается трудна для нападающих. Будут плыть к причалам и стенам на малых лодках. Тантовые куклы не годны для исполнения сложных приказов, ума в них никакого. Мы отсрочим начало обороны стен и сократим численность врагов. Собственно, пока я обсуждаю варианты ожидания подхода галер ар-Рафтов с оружием и подмогой.
– Четыре дня до подхода врага. От того времени еще две недели ждать. – Вздохнул Юта. – Но я пока не утратил надежды на более раннее прибытие пяти галер моего брата, запертых бурей в порту Тагрима. У них есть лоцман. Не понимаю, что может помешать им пройти сюда, пусть и чуть позже начала осады. Я отошлю курьера в Тагрим. Но, собственно, они и без того уже завтра должны быть здесь, шторм кончился!
Выр смолк и опустил усы. Ларна снова пригладил ладонью план замка и стал говорить. Выры беспокойно шевелили суставчатыми пальцами. Кому приятно слышать, что он – уязвим? Досягаем для оружия и хитрости людей. Пять веков эти мягкотелые были для выров «рыбьим кормом», их никто не принимал в расчёт. Их привыкли видеть бессловесными, тупыми рабами. Но теперь с немалым страхом сознавали разницу в численности – своей и этих самых рабов. Запоздало понимали: лишь привычка удерживает берег от новой войны. Рано или поздно один из шааров или несколько сразу осознают свою власть. Пожелают именоваться князьями, как в древности. Предадут ненавистных хозяев. А выродёры довершат дело…
– Наш кланд воистину безумен, – ужаснулся старый ар-Дох. – Замки не готовы к обороне. Мы не думали, что на приступ могут идти сухопутные! Мы не желали замечать свою малочисленность и не вели учёта их малькам.
– Пока что земли возле замка спокойны, – усмехнулся Ларна. – В моей мрачной известности есть своя… прелесть. Говорят, меня уже именуют тайком князем севера. Говорят, по трактирам пьют за мою ловкость. Мол, пробрался к вырам, вошёл в доверие и решил отравить их всех, скопом. Добавлю, меня боятся сильнее, чем кланда. Он далеко, я – рядом. Он чужак, я – свой… Нет, восстания на землях ар-Бахта не случится. На юге оно вероятнее. Кланд делает глупость, оголяя свои бухты и уводя боевой флот сюда. Зима – время голода в портовых городах юга. Я знаю, бывал там. Рыба уходит от берега, урожаи скудны, скота нет, птица дохнет: мор не прекращается который год. На юге я не исключаю восстания, у ар-Лимов или ар-Фанга, даже у ар-Шархов. Флот, полагаю, идет сюда с приказом уничтожить нас быстро. Потому я стараюсь выстроить план, мешающий галерам дойти до гавани и встать у причалов.
Ларна очертил пальцем опасные зоны возле стен.
