– Антонио уже сумел уловить, что встреча будет посвящена организации склада оружия. Для этого Марко и прислал вас сюда. Вольф беспокоится, что часть оружия уже успели складировать в одном из больших палаццо, правда, мы пока не знаем, в каком именно.
Максин нахмурилась:
– Но он же немец – в чем тут для него проблема?
– Потому что если в склад попадет бомба союзников, то вся улица превратится в руины, включая все остальные палаццо. А Вольф твердо намерен сохранить архитектуру средневековой Флоренции, а также эпохи Возрождения, насколько это возможно. Нам уже известно, что груз с завода «Беретта» прибудет со дня на день. Мы ведем постоянное наблюдение за железнодорожной станцией здесь, а также за станциями в пригородах Флоренции. Но с тех пор, как в октябре партизаны изъяли на заводе партию автоматов, немцы удвоили на железных дорогах меры безопасности.
– Консульство у нас небольшое, – сказал Антонио. – Всего четыре комнаты, как раз между германской евангелической миссией и лютеранским пасторством. Так что подслушать не так-то трудно, главное – знать, как это сделать.
Максин кивнула, и Антонио продолжил:
– Понимаете, за спиной у Вольфа над столом висел портрет Гитлера… так он этот портрет снял. А вместо него повесил литографию, погрудный портрет Гёте, развернутый на три четверти влево, с меховым воротником.
– Кессельрингу вряд ли это понравится, – сказала Максин, и все заулыбались.
– Вольф – человек неплохой, – сказал Антонио. – Он ушел с прежней работы и убедил нацистское руководство назначить его сюда консулом. Приехал в Венецию три года назад с женой и дочерью. В общем, как только у меня появится новая информация, сразу свяжусь с вами и назначу встречу.
– Вы что-нибудь знаете про «Радио Кора»? – спросил Стефано, глядя прямо ей в глаза. – Благодаря этой станции можно сообщить союзникам, где находится склад оружия, а также передать информацию, захватили мы его или нет. Может, они найдут способ нам помочь.
– Для начала мне нужно сообщить своему связнику, какова здесь ситуация в целом.
– Что вы имеете в виду?
– Где находятся партизанские базы, сколько отрядов, примерную их численность и так далее, а не только сведения о наличии у них оружия и количестве. Еще мне было приказано найти Баллерини.
Стефано тяжело вздохнул:
– Баллерини недавно убили. Какой был смельчак! Вожак партии анархистов.
– Очень жаль… – сказала Максин.
Черт побери! Этого она никак не ожидала.
– А еще Манетти и Ристори, вожаки других двух отрядов, погибли от пуль. Оба скрывались на Монте-Морелло. Это самая высокая гора на Флорентийской равнине, и чтобы добраться до нее пешком, требуется около четырех часов. На машине где-то с полчасика.
– И кто теперь командует?
Он сразу помрачнел:
– Рановато еще говорить об этом. Отряд Баллерини влился в другой, «Черные волки Гарибальди». Сейчас они скрываются в горах Кальвана.
– Это где?
– Отсюда километров сорок. Топать лесными тайными тропами, по холмам, через маленькие деревушки. Там они и скрываются.
– А что в самой Флоренции?
– Люди приходят, люди уходят. Вам надо бы встретиться с Лукой, он вам все расскажет.
– А Лука – это…
Но тут ее прервали: в комнату вошла давешняя женщина средних лет.
– Живо, – сказала она. – На улице четверо, направляются прямо сюда.
Антонио побледнел, но казалось, он знал, что надо делать. Он дал знак Стефано и Максин следовать за ним в заднюю часть дома, а там через переулок на улицу, в нескольких ярдах от стоящих немецких солдат. Максин пошла первой: беззаботной, неторопливой походочкой она двинулась по улице в противоположную от солдат сторону.
Сначала ей казалось, что она от них отделалась, но потом ее охватило странное беспокойство и нервозность, словно внутренний голос предостерегал ее: будь осторожна. Она всполошилась – а вдруг не отделалась? Судорожно дыша, девушка быстро свернула направо, чтобы, сделав петлю, запутать след и шагать, как ей казалось, к реке, прочь от преследователей.
Максин хотела выйти к мосту, Понте Веккьо, и надеялась, что там легко вспомнит объяснения Софьи, как найти ее дом. Но вдруг ее желудок болезненно сжался, еще до того, как она увидела тех самых четырех солдат, с самодовольным видом шагающих по улице прямо к ней. Они просто направились в противоположном направлении и перехитрили ее. Одного взгляда на этих надменных немецких солдат с винтовками на плечах хватило, чтобы понять: она вот-вот станет их жертвой.
Самый высокий уставился на нее немигающим взором холодных и пустых синих глаз.
– Документы, – приказал он, протягивая обтянутую перчаткой руку, в то время как один из остальных прикуривал сигарету.
