Когда семейство Медичи переехало из своего родового палаццо Уффици в палаццо Питти на другой стороне реки, между ними построили крытую галерею, чтобы можно было незаметно для простых людей пройти из одного здания в другое. София видела ряд маленьких окон вдоль стен коридора Вазари, который проходил над расположенными на мосту ювелирными лавками. Когда много лет назад они с Лоренцо познакомились, это романтическое место стало для них излюбленным местом свиданий. В дневное время чистое небо всегда казалось лазурно-голубым, а солнце заливало здания таким ярким светом, что казалось, они светятся, будто сделанные из чистого золота. Память Софии сохранила то время столь живо, что сердце у нее сжималось, особенно при воспоминании о ранних вечерах, поистине волшебных, когда они рука об руку прохаживались вдоль берега реки под бархатно-фиолетовым небом. В эти часы окружающие холмы принимали мягкие сумеречно-синие оттенки, в воде мерцали золотистые отражения старинных зданий, а воздух был напоен ароматом цветущих апельсиновых деревьев. Внезапно Софию охватил страх: а что, если в результате немецкого отступления или обороны этого прекрасного города старинный мост будет разрушен? Эта мысль поразила ее, и она поняла, что должна сделать все, что в ее силах, чтобы разузнать через друзей и знакомых, не слышал ли кто хоть что-нибудь о том, где немцы собираются хранить свое оружие и боеприпасы. Оно позарез нужно партизанам, которые хотят помочь силам коалиции освободить Флоренцию.
Приближались сумерки, и над рекой поднялся прозрачный белый туман. София неохотно двинулась обратно и вскоре, услышав звуки выстрелов, прибавила шагу, закрыв часть лица меховым воротником от резкого, холодного ветра, который словно подгонял ее домой. Добравшись до палаццо, она взглянула на два кованых светильника, закрепленных над дверью в стене из грубо отесанных камней. Теперь в них нет лампочек. София открыла огромную деревянную парадную дверь и вошла во внутренний дворик пятнадцатого века, где ее встретил запах жареного лука с чесноком. Жизнь должна продолжаться, и, слава богу, она продолжается. Минуя широкую каменную лестницу, ведущую в ее покои, она направилась в отделанную плиткой кухню, где ее с широкой улыбкой встретила Анна:
– Хотите покушать прямо здесь, графиня?
София кивнула и сразу уселась за стол, где уже стояли два налитых Анной бокала с вином.
Через два дня рано утром София открыла глаза и увидела на стене напротив кровати дрожащий солнечный зайчик. Настал еще один день. Накануне ей пришлось дважды звонить в консульство, прежде чем она смогла поговорить с Герхардом Вольфом, немецким дипломатом и нынешним консулом. Она договорилась о встрече с ним на сегодня и теперь была очень довольна собой. А когда выглянула в окно и увидела, что тучи рассеялись и впереди ждет прекрасный день, настроение еще больше поднялось. Как приятно, что встрече с консулом будет сопутствовать хорошая погода.
Вольф и Лоренцо, будучи оба любителями изобразительного искусства, познакомились еще перед войной на выставке в Национальной галерее Лондона, проходившей в июне 1935 года, а потом через месяц встретились в Берлине. Там они подружились и стали переписываться, пока не разразилась война. Потом, когда Вольфа назначили консулом во Флоренцию, Лоренцо пригласил его посетить свой дом. Поэтому Софии, как жене Лоренцо, не было сложно договориться о встрече. Она знала, что Вольф родился в Дрездене, изучал философию, историю искусств и литературу. Как человек интеллигентный и образованный, поначалу он противился вступлению в нацистскую партию и сделал это только тогда, когда стало очевидно, что без этого шага ему не видать карьеры дипломата как собственных ушей. Среди друзей Софии шептались о том, что он помогал спасать евреев, а сейчас делал все возможное, чтобы не допустить экспроприации и отправки в Берлин выдающихся произведений искусства.
Любуясь своим небольшим садиком, залитым ярким солнечным светом, София вспоминала, как она познакомилась с Вольфом. Это случилось в этом доме в самом начале лета; они сидели здесь и наслаждались коктейлями. Далеко не у всех владельцев особняков имелись такие садики, да еще расположенные так близко к реке, поэтому их садик был особенно ценен, несмотря на то что на него выходили задние фасады других городских домов.
София решила, что после встречи с Вольфом она позвонит друзьям, известит их о своем приезде в город и расспросит, как у них дела. Впрочем, не было ничего удивительного в том, что многие, спасаясь бегством, сами покинули город, других заставили это сделать, а их дома реквизировали, как и лучшие гостиницы. Лоренцо рассказывал ей, что синагогу на Виа Фарини немцы превратили в склад и конюшню, и не исключено, что арсенал тоже разместят именно в этом здании. Она сделает все возможное, чтобы как следует все разузнать.
