Тотариал полностью

– Что?! Что ты несешь, идиотка?? Больно ты мне нужна, даже и в мыслях не было, – он нахмурился и слегка рассмеялся моей выходке, – Френк, тебе нужно умыться, а мне, в свою очередь, переодеться. Ничего личного, – парень сказал последнее предложение достаточно спокойно и даже постарался искренне улыбнуться. И, к моему сожалению, я знала, что он прав, поэтому, без лишних сцен, я молча зашла в туалет и включила воду. Свидетелей все равно не было.

“Панорама из большой сияющей голубой луны и чистого светлого зеленого поля сопровождала трех детей. В центре поля они в виде дырявого шалаша составили несколько палок и шепотом, под звук поющих кузнечиков,принялись делиться секретами.

– Джефферсон, почему ты так мечтаешь найти своих родителей? У меня с Элизабет их тоже нет, но мы не видим в этом необходимости, – Мартин старался быть обходительным, насколько это было возможно для десятилетнего ребенка.

– Мне кажется, что я не на своем месте, все вроде как знакомо, но чувство такое, что когда их найду, я пойму, почему ощущаю себя здесь чужим, – мальчик был откровенен, его глаза горели каждый раз, когда тема заходила о родителях.

– Элизабет, когда мы вырастем, ты обещаешь, что выйдешь замуж за кого-нибудь из нас? – детская наивность Оувена, не прекращала удивлять,его легкая улыбка сверкала так же ярко, как и голубая луна в небе. Девочка смутилась и покраснела, пальцами она поглаживала траву, а после,поглядывая на брюнета, робко ответила:

– Обещаю.”

Вытерев лицо бумажным полотенцем и подняв, наконец, голову на Джеймса, я, словно компьютерная программа, зависла, смотря в одну точку. И не так, чтобы на пару секунд из-за каких-то своих мыслей, я можно сказать откровенно пялилась на него. Юноша стоял передо мной без футболки, с чертовым загаром и безупречным прессом. Полуголым он выглядел совершенно беззащитно, лицо его не отобразило привычной злости или надменности, он выглядел на удивление мило, как котенок. Мне даже показалось смешным думать так о парне, который был местным повесой, который то и дело портил мне жизнь и вечно влазил в ненужные драки. Но именно в этот момент, когда я была так слаба и обессилена, мне отчего-то безумно захотелось, чтобы меня обняли, так крепко, словно не хотят отпускать. Никогда.

– Малышка, тебе помочь слюнки вытереть? – усмехаясь произнес он, заметив, как я рассматриваю его тело.

– Нет, спасибо, я справлюсь, – я улыбнулась и отвернулась к раковине, смотря на еще включенную воду. Что со мной? Минута слабости? Наверное, да. Чертова минута слабости. Я подставила ладони под холодную струю, еще раз освежила лицо. Приди в себя, идиотка! Я завороженно смотрела как вода переливается из рук и бежит сквозь пальцы. Еще недолго так простояв, я разозлилась на себя за эту минуту слабости и с разворота брызнула водой в парня, словно это могло смыть это странное помутнение рассудка.

На его темных, смолистого цвета, волосах задержались капли воды, словна роса ранним утром в траве, а голубые, цвета морской волны, глаза лишь подчеркивали картину. Жилки на его скулах начали ходить из стороны в стороны, жалостливый взгляд сменился решительным.

“Слава богу” – подумала я.