Наряд невесты в головном уборе «коруне». Вторая половина XIX века. Коллекция фотографий праздничных нарядов крестьян северных губерний России из собрания В.П.Шабельской.
Кстати, в некоторых областях наряды новобрачных ярко показывали, что они исполняют роль царствующих людей. Например, посмотрите фото невесты в свадебной короне. В ней девушка – настоящая королева! С трудом верится, что это всего лишь простая крестьянка.
Реликтом такого рода представлений является горячее желание многих современных невест выглядеть богиней в день своей свадьбы, да и женихи стремятся быть образцом видного господина. Вокруг себя новобрачные стараются создать атмосферу изобилия и красоты.
Всем известно: как только гости начинают кричать «Горько!», молодые обязаны слиться в долгом поцелуе (гости тем временем ведут счёт времени, а по результатам делают вывод, сколько лет супруги проживут в любви).
История возникновения этой традиции обросла большим количеством вымыслов. Среди них такие:
якобы кричат «горько», чтобы не сглазить сладость любви, либо чтобы потом стало сладко;
якобы свадьбы проводились на горе, отсюда и пошло слово «горько»;
якобы вспоминают счастливый праздник Красная Горка;
якобы сначала новобрачные или гости пили водку («горькую», «горилку»), оттого так и говорят.
Всё это крайне сомнительно. Не было такого правила, чтобы перед поцелуем пить водку. Филологи могут объяснить, что по законам развития языка «горько» не может произойти от слова «гора». А ещё, именно эти учёные знают истинную причину происхождения обычая.
Известный филолог и лингвист, профессор В. Ю. Откупщиков пишет: «горько» происходит от старинного глагола «горити», что означает «гореть». Это слово связано с понятием «горячий», в смысле «обжигающий вкус». Получается, в переводе на современный язык, «горько» – значит «горячо»35. «Горячих поцелуев вам, новобрачные!» – вот что испокон веков желали гости супругам.
Брачная ночь – привычное нам выражение, но оно условное, т. к. на самом деле обычно новобрачных вели «спать» во время пира, днём или вечером, реже ночью или под утро.
Молодые сами не имели права приходить в брачную опочивальню. В определённое время их отводили туда. Обычно после обряда повивания невесты подавали птицу, и тут гости говорили: «Тетеря на стол прилетела, молодушка спать захотела», а дружко обращался к родителям жениха: «Отец, мать – добрые люди, благословите молодых почивать вести», на что они отвечали: «Благослови Бог». Когда жениха и невесту уводили, гости могли кричать: «В час добрый! На долгие веки, на кудрявые дети!».
Когда новобрачные и провожающие входили в опочивальню, оказывалось, что на постели лежала представительница ранее выбранной свадебной четы, обычно жена тысяцкого (что называлось, «грела постель»)36. Она была одета в две шубы, причём верхняя была мехом наружу. Женщина осыпала молодых деньгами и хмелем, угощала курником. Провожатые клали в постель куклу или запелёнатое полено, при этом говорили: «Сколько в лесу пеньков, столько вам и сынков; сколько в лесу кочек, столько вам и дочек». Затем дружко должен был оказать новобрачным услугу и выкупить у «постельницы» её место. (Как уже было сказано, это связано с тем, что на купленное трудно навести порчу). Перед тем, как взять выкуп, свадебная чета могла прокатиться по постели, что магически дублирует функции новобрачных. После этого все посторонние покидали комнату. Последним уходил дружко. У знати дружко перед уходом обходил комнату с обнажённым мечом.
Провожатые возвращались к столу, и объявляли, что новобрачные легли по всем правилам. В том случае, если брачная ночь проводилась до основного пира, во время выводного стола (этот вариант описывает Домострой), провожатые докладывали родителям жениха: «Дети ваши легли по-добру, по-здорову, и теперь услаждаются». Другие свахи и поддружьи ехали к родителям невесты с тем же сообщением (как вы помните, за «приводным столом» тестя и тёщи не было).
Но вернёмся в брачную опочивальню. Существовало известное правило – жена должна была разуть мужа. Этот обычай рассмотрен подробно далее. Возможно, молодые должны были также надеть шубы мехом наружу, которые им оставила «постельница» (вспомним, что помещение часто было неотапливаемым).
Обычно новобрачный ложился первым. В различных регионах женихи были обязаны по-разному приглашать невесту лечь в постель, не будем подробно на этом останавливаться, т. к. представления в этом вопросе подчас были противоположными (напр., в Новгородской губ. жених говорил невесте: «Постель моя, воля твоя», в Вологодской губ. невеста говорила жениху: «Постель моя, волюшка не моя»).
