Рыдания накрыли королеву, она плакала, уткнувшись глазами в край одеяла, громко всхлипывая. Клавдий же был потрясён услышанным. Развод? От этого слова Клавдий пришёл в полнейший ужас. Развод? Волна холодного и липкого пота покрыла Клавдия с головы до пят. За доли секунды он оценил всю гибельность своего положения. Кем он станет без неё? За следующую секунду в его голове пронеслись тысячи всевозможных вариантов, как можно было бы выйти из этой страшной, сложнейшей ситуации. Но всё было не то, не то!!! И тут… проведение пришло ему на помощь. Колени Клавдия дрогнули, подкосились и он рухнул на них. Слёзы ручьями хлынули из его глаз.
Клавдий
– Гертрудушка, любовь моя!
Не знаю, как мне вымолить прощенье у тебя?
Сейчас лишь об одном тебя молю:
Дай мне всего лишь несколько минут,
Чтоб рассказать тебе историю мою.
Как-то, однажды… я был ну, сам не свой.
Ходил, сидел, как неживой.
И аппетит пропал, в кишках запор.
Так было плохо мне, что, блин,
Хоть волком вой!
И тут с Полонием пересеклись наши пути.
Средь дня решил он до Офелии дойти,
Чтоб от Горацио лекарство ей снести.
Бедняжке что-то худо было.
Ну, вот Полоний и засуетился…
А, как меня увидел наш Полоний,
Так сразу понял, что…
Что-то не так со мною.
И говорит, что дал вот, мол, Офелии, старик
Лекарства чудного, от всех болезней:
«Прими, отец наш, не побрезгуй».
Что оставалось делать мне?
Горацио в нашей стране – учёный видный.
Нас ранее не подводил.
И вот того лекарство я вкусил и…
Вылечился в тот же миг!
Как будто из небытия возник.
Новый Клавдий! С новым телом!
Следа от прежних нет болезней!
И столько силы нам приносит то лекарство,
Столько радости и счастья…
Что, матушка моя,
Мутится разум наш отчасти.
Становишься как будто сам не свой:
Тебе и весело и хорошо…
На подвиги тебя вдруг тянет.
Тебя как будто подменяют…
С одной вот стороны,
Лекарство тебя лечит, несомненно,
С другой же стороны,
С тобой такие происходят перемены!..
Гертрудушка, прости меня,
Вчера ведь это был не я.
Клянусь тебе я чистою душой,
Вчера сидел во мне кто-то другой.
То он плясал и лапал диву,
Ведь ты же знаешь: я мужчина смирный.
Гертруда
– Сдаётся, Клавдий, мне, что выдумки всё это.
Лекарство? Чушь и ересь!
Как вешать мне лапшу ты смеешь?
Бесстыдник, хотела бы я знать:
Где ты так складно научился врать?
Клавдий
– Что ты, Гертрудушка, любовь моя!
Что рассказал тебе – святая правда!
А коль не веришь мне,
Проверила бы на себе.
Отведала сего лекарства, чудного, сама бы!
Смотрю я, матушка,
И у тебя с утра нет настроения.
А как попробуешь его,
Так снова между нами будет полное доверие!
Смотри, шкатулочка при мне.
В ней чудное лекарство!
От хворей разных,
Настроения дурного, сглаза…
И даже так скажу тебе, любовь моя: от старости!
Гертруда
– Ну, ты смотри чего удумал старый чёрт!
Сам пал в глазах людей,
И мне такую же готовишь участь?
Видать, ты правда болен всей башкою!
Ты хочешь, что бы я, в свои года,
И при своём-то положении…
Как дура по дворцу скакала,
И всякие там упражненья вытворяла?
Королева была в ярости. Она сейчас готова была разорвать Клавдия на тысячу мелких кусочков. Наконец ей удалось справиться с волнением и, переведя дух, она продолжила:
Так вот что, Клавдий:
Немедленно избавься от лекарства!
Чтоб духу его не было под нашей крышей.
Сию коробочку немедля выкинь!
Не зли меня!!! Иль я!!!
Король на секундочку, только на секундочку, испугался слов королевы. Как же ему теперь жить без его любимого лекарства? Но, несмотря на то, что он был уже под воздействием лекарства, первой утренней порции, мозги у него работали почти ясно. Он тут же вспомнил, что у него этого добра ещё целых целых три бочки! Да и пора бы их перетащить в замок. Так значит жизнь продолжается!
Клавдий
– Да-да, любимая, ты как всегда права!
Я сам уже подумывал об этом…
Зачем нам странное лекарство это?
Твоя любовь, Гертрудушка, –
Вот лучшее лекарство для меня!
Твои объятия волшебные
Не раз все хвори изгоняли из меня!
Немедля выкину коробочку в…
В… да вот в окно!
Надеюсь, пошалим потом?
Его величество подошёл к окну, щёлкнул пальцами… и откуда ни возьмись рядом с ним возник, низко сгибаясь, слуга. Король кивнул на окно. Тот с прытью бросился его открывать. Наконец тяжёлые ставни окна распахнулись, впустив в опочивальню порцию свежего утреннего воздуха. Король лёгким движением руки запустил в открытое перед ним пространство коробочку с лекарством. Та, перелетев через широкий подоконник, камнем пошла в низ. Клавдий тут же забыл про неё. Он стоял и с наслаждением вдыхал в свои старческие лёгкие свежий, бодрящий, вкусный утренний воздух. Его здоровое, молодое тело во всём слушалось своего хозяина. Да, с этим лекарством можно будет прожить хоть тысячу лет!!!
Сцена XXXVII
