Остальные тут же отшатнулись, засуетились. Только капюшон вытащил кинжал и начал нас обступать. Я даже подумал, не попытается ли он меня прирезать — как бы «случайно». Хотя нет, зайцы из джунглей тоже ухватились за рукояти мечей, но не спешили кидаться в атаку.
Я вскинул руку и крикнул:
— Успокоились! Соберитесь и встаньте на свои места!
— Ты привёл хищника! — бросила Шайя, словно я нанёс ей личную обиду.
— Закрой свой рот!
Она тут же притихла, губы задрожали, но лука она не опустила. А вот капюшон весь напрягся, едва видимые глаза блеснули нехорошим светом.
— Этот волк мой должник, он нам поможет, — спокойно объяснил я.
— Поможет… — наконец подал голос капюшон, — Эти ублюдки убивали нас, насиловали наших сестёр… А теперь мы должны им доверять⁈
«Ух как голосок-то прорезался! — удивился я, — Неужто решил революцию устроить? Я тебе этого не позволю, дорогой. С самого начала было желание тебя прирезать» — рука скользнула к поясу за кинжалом, и я уже начал взывать к энергии.
Но в этот момент Шайя перевела лук в мою сторону… Неожиданный поворот.
— Шайя, ты чего? — послышался неуверенный голос Хатиса.
— Верно, зайчишка, не стоит тебе раскрывать пасть на хозяина, ха-ха! — усмехнулся Уггель.
— Закрой свою грёбаную волчью пасть! — рявкнул я, — Отойди на пять шагов! Быстро! — приказал я.
Уггель было порычал, но выполнил сказанное, ничего не сказав в ответ. Ох, стоило видеть глаза зайцев-невольников, да и остальных тоже: громадные блюдца, наполненные удивлением, почти шоком. Но вот взгляд Шайи не изменился, всё такой же уверенный и твёрдый. И как же она сейчас сексуально выглядела. Жаль только, всё ближе подбиралась к тому моменту, когда у меня не останется выбора.
— Решила предать меня? — спросил я, сделав шаг вперёд.
«Черныш, приготовь дым. Никогда не знаешь, чего ожидать от женщины» — дал я указание и ощутил, как начали перемещаться потоки энергии внутри.
— Нет, но теперь и не знаю, чего ожидать от тебя, — ответила Шайя.
— Десять, а может и больше хищников охраняют врата. И это не просто вшивые надзиратели, понимаешь? Это воины, возможно, каждый из них с даром. И если у нас есть возможность увеличить шансы на победу — я этим шансом воспользуюсь. Даже если мне придётся прямо сейчас перерезать тебе горло, — проговорил я медленно и чётко.
— Может, не будем… — попытался вставить слово Хатис.
— Он хищник! Одна из тех тварей, что годами унижали нас, использовали!
Фух! Я влил энергию ветра в ноги и проскользил вперёд, будто порыв ветра, и уже через миг мой кинжал оказался у её горла! Но и остриё её стрелы смотрело мне в глаз.
— Как думаешь, кто умрёт быстрее — ты или я?
— Думаешь, ты бессмертный? Марк, прошу, давай убьём его и пойдём дальше… — изменила она тактику, в голосе послышалась мольба.
Умная девочка, чего уж сказать. И тут у меня и в самом деле было несколько выходов: во-первых — убить её и доказать всем мою состоятельность и авторитет как вождя и предводителя, пусть и только-только появившегося. Но именно так действовал мой отец, он подавлял, ему служили в страхе и почтении. И к чему его привела такая тактика? Ведь все нужные сведения о местонахождении, слабых местах обороны и лазейках мне предоставили его приближённые. Да и пал он от руки собственного сына, пусть и не родного. Во-вторых: я мог бы согласиться с ней и прикончить Уггеля прямо сейчас, став при этом кем-то совершенно иного ранга в глазах этих зайцев. Но буду честен — они слабы. А мне нужны сильные войны, чтобы дать бой армии отца. И если Шайя ещё подходит под некоторые нужды, остальные не более чем расходный материал.
«А потому я выберу третий вариант», — решил я.
— Тебя унижали, насиловали и использовали… — проговорил я, и её глаза дрогнули. — А теперь я использую его для нашего блага! Уггель пойдёт в авангарде! Возьмёт на себя основной удар! — громче проговорил я, чтобы все слышали.
Я резко сместил голову, подцепил её ногу, и она оказалась на земле, я надавил на спину коленом и приставил лезвие к сонной артерии и продолжил:
— Но если ещё хоть кто-то попытается поставить мои решения под сомнение — я его убью! Мне плевать на ваше мнение, на ваши обиды, душевные раны! Я хочу выбраться из этого дерьма и буду использовать любые методы, какие сочту нужными! Ясно⁈ — крикнул я.
Все дружно закивали, кто-то со страхом в глазах, кто-то с уважением. Были и те, кто открыто выражал несогласие, гнев. Но мне было главным, что их пасти закрыты.
— Сейчас мы двинемся вперёд. Носильщики пойдут первыми, сразу за Уггелем. Уж при взгляде на него ни у кого не появится сомнений, что это хищник. Как только расстояние будет достаточным, мы отправим к нашим привратникам милых паучков, — продолжая говорить, я встал и отошёл на несколько шагов, показывая, что не беспокоюсь ни о Шайе, ни о капюшоне, — кто может бить издалека, как Шайя, направятся на крыши и будут убирать лучников и арбалетчиков, и крылатых, если будут.
