— Два разума воедино. Вдвое больше ощущений, боли, силы, — проговорил я. — Используя эти Дары, они сходят с ума.
— Да, рассудок не справляется с такой нагрузкой, — подтвердил пеликанид.
Вот оно как. Но для меня это ничего не меняет. Они будут полезны, пока не сойдут с ума окончательно.
Я глянул на остальных, стоящих на коленях: два матроса, один клерк — возможно, казначей, три воина и один…
— Эй! А ты кто на корабле? — бросил я вараниду с края.
У него была тёмная чешуйчатая шкура, глаза острые, взгляд непоколебимый. Сильный — это было видно по осанке, по тому, как он держался даже на коленях. Но я заметил ещё кое-что.
— Шкипер. Сур — моё имя, — ответил он. — Всё имущество в моём ведении. — Голос твёрдый, жёсткий, без высокомерия, лишь с холодной уверенностью.
— Сколько стоит твоя жизнь? — спросил я.
Он ответил, не задумываясь ни секунды:
— Десять золотых за двадцать дней.
В нём было то, что всегда жило во мне: алчность, присущая тем, кто знает цену своей жизни. Есть вещи, ради которых стоит умереть — семья, любовь, верность сюзерену. А есть вещи, ради которых стоит рисковать — деньги. Когда цель становится важнее высоких материй, ты начинаешь считать стоимость времени, шрамов, каждого вздоха. Деньги дают власть, уверенность, силу — ту, с которой приходится считаться. И он это понимал так же чётко, как я.
«Говорят, верность нельзя купить. Неправда. Всё дело в том, сколько платишь и кому», — подумал я.
— Даю пятнадцать.
— Согласен, — отозвался он.
— Остальных убить, — махнул я лапой и пошёл по палубе.
За спиной раздался шум: кто-то вскочил, но тут же одному снесли голову, других нашпиговали стрелами и ножами. Даже Сур мгновенно отработал своё — сломал шею соседу одним движением. В них не было ни толка, ни потребности. Я видел, кто бесполезен, а кто всё ещё цеплялся за старую гордость. Гордость — порок.
«Пятнадцать членов команды. Не так много, как хотелось бы, но и не мало, — размышлял я. — Есть навигатор, два парусных спеца — похоже, неплохо разбирающихся в корабельном деле. Или я слишком надеюсь на двух сумасшедших? Ну и шкипер, естественно».
Теперь нужно наладить работу на судне. И главное — выбрать квартирмейстера. Мне не хотелось возиться со всем дерьмом на корабле. Взгляд невольно упал на Уггеля. Он уже был воплощением этой должности — тот, кого будут бояться и уважать. Если бы не команда, по большей части состоящая из зайцев, ненавидящих хищников. С этим быстро не разберёшься.
Я вошёл в каюту капитана — просторную, пропахшую табаком и морской солью. Широкий стол у задней стены был завален бумагами, рядом — сундуки, шкафы, карты, книги. Всё нужно изучить. Первым делом я открыл сундуки. И, честно говоря, это было разочарование. Денег мало: около семидесяти золотых и двести серебряных. С учётом того, что шкипер берёт пятнадцать за двадцать дней, это почти ничего. Хреново, что сказать. Но были и плюсы: дорогое оружие — пара сабель с гравировкой и кинжал с рубином в рукояти, несколько ядер тварей, запас маринованных персиков. Пригодится.
Остаток дня я посвятил изучению корабельных журналов и дневников предшественника. Оказалось, «Скупая» — так звали корабль — занималась разным: в основном контрабандой, но не брезговала легальной торговлей с нейтральными портами и работорговлей. Пару раз даже пиратствовала. Весьма недурно.
— Только теперь у меня нет элементалов… В прямом столкновении нас разнесут на расстоянии, — пробормотал я, откинувшись на резном стуле, скрипнувшем под весом. — Сюда бы Фиро… Неужели ты правда помер?
Я встал и прошёлся по каюте, остановившись перед широкой настенной картой этого мира. Она была детальной: течения, торговые пути, пометки чернилами. Вглядываясь в неё, я находил слишком много совпадений со своим прежним миром.
— Что же это за место? Звёзды те же. Континенты другие, но в общем — похожие, — размышлял я вслух, проводя пальцем по изгибам берегов.
— Что сказала⁈ Да я тебе башку ушастую оторву! — прогремел рёв Уггеля с палубы.
— О, уже началось, — вздохнул я и направился наружу.
Шайя стояла с кинжалом в лапе, переступая по кругу, её глаза горели яростью. Уггель замер напротив, сжимая топор, его шерсть топорщилась от злости. Пятёрка зайцев окружили их, но в драку не лезли. Только я заметил, как Капюшон начал обходить волка по широкой дуге, пряча кинжал в рукаве. Вот почему мне нужен квартирмейстер — и почему Уггель пока им быть не может.
— Мы больше не рабы! Ты не смеешь мне указывать! — шипела Шайя, её голос дрожал от гнева.
— Иди ты нахер, ушастая! Кока зарубили, а жрать кто готовить будет? Других баб я тут не вижу!
— Как насчёт волчатины⁈ — бросила она и рванула на него.
Я в тот же миг потянул вихристую энергию и промчался по палубе! Её кинжал метнулся к его шее, а Уггель ударил топором! В этот момент Капюшон бросил кинжал в спину волка! Я рубанул ногой под колено Уггелю — тот согнулся, и лезвие просвистело над его головой. Тут же призвал дым, выпустив его на волю, и перехватил руку Шайи!
— Эй! Ты чего ещё…! — заорал он.
