Весперис нашёлся в подземельях. Он сидел на скамье у небольшого настенного фонтанчика и упражнялся с водой, поднимая тонкие струи из чаши, вращая их в воздухе с изяществом и сосредоточенностью.
Мара остановилась на мгновение, чтобы не нарушать его покой. Вода в его руках была будто продолжением его самого, плавные и контролируемые движения создавали замысловатые формы. Она вдохнула поглубже, собираясь с мыслями, и медленно подошла ближе.
— Ты всегда так хорошо управлялся с водой? — осторожно начала она, стараясь сделать разговор непринуждённым…
Весперис дёрнул плечом, но не повернулся к ней. Его лицо оставалось сосредоточенным на водяных струях.
— Всегда, — ответил он тихо и сдержанно.
Мара села рядом с ним, её сердце ныло от беспокойства. Она не знала, как подойти к главной теме, но затягивать было нельзя.
— Весперис… — начала она, чувствуя, как ком подступает к горлу. — Я… я знаю о лаборатории Кирейна Кроина.
Его руки замерли. Струи воды, которые так плавно скользили по воздуху, осели обратно в фонтан. Весперис медленно опустил голову и повернулся к ней.
— Дамиан рассказал тебе, — сказал он, в его тоне уже чувствовались ледяные нотки.
— Он беспокоится за тебя, — ответила Мара, сглотнув. — И я тоже. Ты знаешь, что в этой лаборатории может быть что-то важное, что-то, что поможет снять проклятие. Не только с тебя, со всей твоей семьи, с будущих поколений.
Он оттолкнулся от скамьи и встал, отвернувшись от неё.
— Я уже сказал ему, и теперь скажу тебе, — голос его был тихим, но от этого не менее угрожающим. — Мы туда не пойдём.
— Но почему? — Мара поднялась на ноги, её сердце стучало быстрее. — Весперис, это может спасти тебя! Ты не хочешь этого?
— Думаешь, я хочу умирать⁈ — выкрикнул он, и его голос эхом отозвался в каменных стенах.
Её сердце остановилось на мгновение, а в груди всё сжалось. Он казался ей таким сильным и невозмутимым, но сейчас она видела в нём ту боль, что всё это время скрывалась за ледяной маской. Его лицо исказилось, но через мгновение Весперис взял себя в руки. Он закрыл глаза, стиснув челюсти, а когда снова заговорил, его голос был спокойнее, но всё ещё неровным от эмоций.
— Я не хочу быть спасён такой ценой, — сказал он. — Магия крови — это самое ужасное и отвратительное, что существует. Я не позволю вам рисковать ради меня. Даже если это спасёт мою жизнь.
Мара замерла. Внутри её всё разрывалось на части. Она понимала его страх перед тёмной магией, его желание защитить Дамиана и её. Но в то же время её охватил страх ещё больший — страх, что они потеряют его навсегда.
Она глубоко вздохнула, пытаясь собрать свои мысли. И вдруг, сама не понимая откуда, в ней заговорила новая решимость.
— Легко говорить о том, что ты не хочешь быть спасён, — произнесла она медленно, смотря прямо на него. — Легко, потому что для тебя смерть — это конец. Но для Дамиана это будет началом кошмара, который не закончится никогда.
Весперис замер, и она увидела, как его плечи слегка дрогнули.
— Для него это будет мучительная жизнь с осознанием того, что он мог спасти тебя, но не сделал этого, — продолжала она. — Ты хочешь, чтобы он жил с этим?
Она сделала шаг вперёд, ощущая, как её слова бьют точно в цель.
— Ты ведь не знаешь наверняка, что там. — Мара не отступала. — Может быть… может быть магия крови тут совсем не причём. Но в любом случае, всё будет под твоим контролем, если ты будешь рядом.
Весперис стоял неподвижно, словно в оцепенении. Его руки сжались в кулаки, и она видела, как он борется с собой. Её слова проникли в его защитные стены, и Мара чувствовала, что сейчас, как никогда, он близок к тому, чтобы сдаться.
Наконец, спустя несколько долгих секунд, Весперис с шумом выдохнул и тихо произнёс:
— Ладно. Хорошо. Я покажу вам лабораторию. Но только если мы пойдём вместе.
— Ладно? — Эхом отозвался Дамиан, внезапно появившись из-за угла.
Мара вздрогнула, но Весперис, казалось, не был удивлён.
— Я уговаривал тебя месяцами, но всего две минуты с ней — и «ладно»? — Продолжал возмущаться Спэрроу, хотя в его голосе было больше восторга, чем обиды.
Мара посмотрела на него, не зная, стоит ли сейчас улыбаться. Её внутреннее напряжение не рассеялось, и она всё ещё чувствовала тяжесть разговора с Весперисом. Казалось, что она едва сдвинула с места огромную глыбу. Но в то же время внутри неё что-то дрогнуло — облегчение от того, что они получили возможность действовать. Страх за Веспериса временно отступил, уступив место хрупкой надежде.
— Пойдём, пока я не передумал, — бросил Весперис, увлекая их за собой.
Весперис привёл их к западной стене Эльфеннау. Здесь не было ничего примечательного — всего лишь раскидистые заросли, медленно колышущиеся под порывами ветра, да небольшой каменный фонтанчик для птиц. Вода в нём лениво переливалась через край, собираясь в неглубокой чаше с выщербленными краями.
Мара окинула место внимательным взглядом, но не заметила ни дверей, ни арок, ни каких-либо других признаков того, что здесь могла скрываться тайная лаборатория.
— Это здесь, — сказал Весперис, равнодушно указывая на фонтанчик.
