— Ладно, — Весперис сел к ним за стол. — Если уж вы так настаиваете.
Он повернул голову в сторону Дамиана
— Дамиан, — начал он, его голос был всё таким же ровным и спокойным, но с тёплой ноткой. — У тебя очень уверенный шаг. Никто во всей академии не ходит так, как ты.
Дамиан так опешил, что даже не нашёлся, что сказать.
— А ты, Мара, — продолжил Весперис, повернув голову теперь к ней, — Очень забавно хихикаешь себе под нос. Это… странно приятно слышать.
Мара на мгновение замерла, не ожидая такого наблюдения, а потом неожиданно залилась лёгким румянцем.
— Спасибо, — сказала она, её голос был чуть тише обычного.
— Теперь вы, — Велел Мор, скрестив руки на груди. — Только тоже чур тоже без зрительных впечатлений.
Мара и Дамиан переглянулись.
— Без… зрения? — переспросила она. Это и правда сильно усложняло задачу.
— Давайте, постарайтесь. — поторопил их Весперис. — Или вы и правда настолько зависимы от глаз, что кроме моих волос и лица ничего не заметили?
Мара и Дамиан снова переглянулись, теперь с заметным напряжением.
— Это что же, придётся делать комплименты личности? — Дамиан нервно потёр затылок, а Мара нахмурилась ещё сильнее, сосредоточенно стуча пальцами по столу.
Весперис, казалось, наслаждался их замешательством.
— Ладно, я начну, — наконец произнёс Спэрроу, но у него был такой вид, словно собрался первым отвечать на невероятно сложном экзамене. — Ты самый чуткий и внимательный человек из всех, кого я встречал. Ты и правда замечаешь гораздо больше, чем другие. И ещё я безгранично благодарен тебе за то, что ты совершенно не горделив и можешь первым прийти мириться, даже если виноват я.
Весперис замер, сбитый наповал этим потоком откровений.
— Спасибо… — пробормотал он, — … что уничтожил мою репутацию Снежного Короля.
— Не за что! — Дамиан сложил руки на груди, явно довольный произведённым эффектом.
— Теперь я! — Мара нетерпеливо потёрла ладони. Это и правда было весело, а говорить комплименты оказалось даже приятнее, чем их получать. — Ты, Весперис, всегда спокоен, как удав. Как маяк среди бушующего шторма!
Весперис даже слегка покраснел.
— Ты, наверное, шутишь, — проговорил он севшим голосом. — Я при тебе срывался больше раз, чем при ком-либо другом, кроме Дамиана.
— Вообще-то, это хороший знак, — Дамиан загадочно улыбался.
— Хороший? — возмущённо переспросил Мор. — Что же в этом хорошего? Вы двое делаете меня…
— Собой? — закончил за него Спэрроу, улыбаясь ещё шире. — Вот он. Смотри внимательнее, Мара. Это и есть настоящий Весперис.
— Перестань, — пробормотал Мор, качая головой. Его тон был чуть раздражённым, но он тоже улыбался. Правда совсем не так, как обычно — он улыбался открыто, так, что возле его глаз появились морщинки.
Мара задержала на нём взгляд, пытаясь понять, что именно имеет ввиду Дамиан. Весперис сидел расслабленно, почти лениво откинувшись на спинку стула и положив локти на подлокотники. И она увидела это. В его выражении лица, в его позе, в его наклоне головы. В нём было то же пламя, только глубоко внутри.
— Горит, — сказала Мара, не сводя с него взгляд.
— Ещё как горит, — подтвердил Дамиан.
Дом городских собраний был переполнен. Люди стояли даже в дверных проёмах, готовясь жадно ловить каждое слово, которое прозвучит с трибуны. Мара и Дамиан прятались в самой дальней части зала, за одной из массивных колонн, втиснувшись в угол так, чтобы их лица оставались в тени.
Мара сжала локоть Дамиана. Он выглядел едва ли не более напряжённым, чем она.
— Он здесь, — шёпотом сказала она, увидев движение в передней части зала. Её голос дрожал так, что ей самой от этого стало неловко.
— Тихо, — ответил Дамиан, почти не шевеля губами, его взгляд был прикован к трибуне.
И вот, под громкие аплодисменты, на возвышение поднялся Кай Ардонис.
Высокий, уверенный, в идеально сшитом чёрном костюме, он выглядел воплощением власти и благородства. Его густые чёрные волосы были аккуратно зачёсаны назад, серые глаза блестели в свете электрических ламп, а лёгкая улыбка излучала тепло и добродушие. Казалось, весь зал затаил дыхание.
Мара почувствовала, как её лёгкие сдавило от страха. Ошибки быть не могло. Это был он. Мужчина, который чуть не убил их в Первой Башне.
Но то, как он выглядел сейчас, и то, каким она запомнила его в тот момент — словно два совершенно разных человека. В той башне он был холодным, жёстким, источающим смертельную угрозу. А здесь… здесь он казался почти светлым, вдохновляющим, тем, кого легко любить и за кем легко идти.
Следом за Каем, по его пятам, словно тень, шёл ещё один мужчина. Светлые волосы, тонкие черты лица, холодный взгляд. Его движения были плавными, почти хищными. Он встал за его спиной справа.
Кай остановился за трибуной, постучал по микрофону и начал свою речь:
— Друзья, благодарю вас за то, что вы пришли сегодня.
Его голос был глубоким, завораживающим и ласкающим слух, словно тёплый шелк.