Маяк представлял собой жалкое зрелище. Все тут было заброшено не то что целый век, а даже более. Когда-то из этих окон был виден залив, сейчас же лишь крутые берега, населенные вепсами да борхами. Не удивительно, что все в запустении, вепсы далеко не были мореходами, да и борхи тоже, хотя несомненно во всех рядах можно найти того. кто хорошо знал мореплавание. Морана задумалась об этом, когда смотрела из окон маяка на темное ночное небо. На столе уже горела лампада, а в очаге – танцевали языки пламени. Каменный маяк прогревался медленно, тем не менее, к глубокой ночи уже должно было быть тепло. У нее даже не возникало мысли просить Гуйтану о том, что бы она пустила ее в кнесские покои. Мысли Кайоссы текли спокойно и размеренно, когда в дверь постучали.
- Уходи путник, уже поздно! – крикнула она, кладя руку на меч, что лежал на табурете.
- Это я, Норлан.
Морана не хотела его впускать, что бы не повторить того, что было давече в саду, но...
- Нам поговорить надо, Кайа!
Вепска отворила тяжелый ставень, и лицезрела Норлана, промокшего почти до нитки, хотя из окон казалось, что никакого дождя нет.
Она впустила его на порог и тут же начала жалеть об этом, ибо Норлан не только говорить пришел, и вепска почуяла это.
- О чем нам говорить?
- Гуйтана и Хорр завтра на рассвете выдвигаются в порт Нокс, ты должна помешать этому! – серьезно сказал он.
Морана прошлась до табурета на котором лежал ее меч.
- Я не иду с ними – тихо сказала она.
- Но... почему?
Норлан подошел сзади, и Морана ощутила запах хогдарской медовой браги.
- Мне надо остаться при замке – спокойно молвила она. – А тебе бы надо выспаться перед боем с брагами.
- Высплюсь – так же тихо сказал он, и уткнулся в ее волосы, которые пахли как весенняя роса. – Кайа...
Морана сохраняла не дюжую выдержку, что бы не развернуться и не прогнать Норлана, но терпение ее кончалось. Она прекрасно понимала, что разговор лишь предлог, что бы увидеть ее и ...
Она отошла к каменной стене у входной двери и произнесла:
- Тебе надо возвращаться к отряду, а то будут искать.
Он слабо кивнул, но с места не сдвинулся, лишь его глаза горели светом желания в отблеске лампады.
- Кайа... Мне...
Вдруг небо осветила яркая вспышка, и раздался раскат грома по небу, Морана не успела моргнуть, как Норлан стоял уже перед ней и тяжело дышал так, как будто пробежал сотню миль. В следующий миг он попытался ее поцеловать, но она увернулась.
- Нет!
- Ну почему ты не хочешь быть мне верной?
- Я уже говорила, ты мне друг. Не разрушай и этого!
Ещё мгновение и Кайосса ощущала его тонкие пальцы на своем бедре.
- Я не могу, это сильнее меня! – шептал он. – Я люблю тебя, Кайосса!..
Но поцелуй, которого так жаждал влюбленный мужчина не состоялся, Морана хлестко врезала вепсу между ног.
- Я прошу тебя уходи, и не возвращайся более!
Серьезность тона вепски не подлежало сомнению, и Норлан отступил.
Когда ставни были вновь закрыты, а Норлан ушел восвояси, Морана опустилась на шаткую лежанку перед костром. Маяк, наконец-то, начал прогреваться и наполнять небольшую каморку теплом.
Не за горами рассвет.
После разговора с Фокком, Анэка поняла что за этим малым нужен глаз-да-глаз, еще не ясно было ничего в этом деле о лучнике, а его брат уже получил ранение от иллинки. Она по сути могла избежать этого, но бес ее дернул вмешаться, а теперь... Теперь она думала о задержке тут на какое-то время, надо было выяснить, чем же Хайгосновец так не услужил банде Азерта.
- Не лезла бы ты в это – покачала головой Циана, когда услышала от Анго, что надо бы задержаться на пару дниц тут.
- Уже влезла – пожала плечом Анэка.
- Ну что тебе с этого, а? Лучник он или нет, сами они тут без нас разберутся, не думаешь?
Анэка много чего думала, но решила о своих думах лучше помалкивать.
- Останусь тут, разведаю.
Циана села на лежанку, отводя руки назад, расправляя затекшую от работы внаклонку спину.
- Я полагала ты торопишься?
Анго кивнула.
- Дюже тороплюсь, но у меня такое чувство, что нам надо остаться.
Лекарь приподняла бровь.
- Нам?
Иллинка впервые за долгое время, сказала “нам”. Она полагалась на Циану, хотя еще плохо знала ее.
- Ты против? – ответила вопросом на вопрос девушка.
Циана какое-то время смотрела на нее.
- Нет, я не против. Мне любопытно, что же заставляет тебя так поступать.
Анго вздохнула.
- Мне самой это любопытно.
Ночь была лунная, и Анэке не спалось почему-то. Было довольно прохладно, однако же она все равно сидела на длинном крыльце и смотрела на не в меру звездное в это время года небо. Много звезд всегда говорит о том, что будет тепло и солнечно, хотя постепенно будет холодать, а потом наступит Владычица Зима. Анэка не очень любила зиму, хотя она была порой прекрасна словно бы принцесса на белоснежном троне, такая, какой сама девушка представляла ее когда-то в детстве, когда мама читала ей снежные саги. Как это было давно, а сейчас все чаще тишина заменяла ей нечто родное. Вот как сейчас.
Скрип одной из половиц в сенях заставил Анго отвести уши назад, непроизвольно рука легла на рукоятку меча. Она обернулась. Из полумрака лекарни появилась статная фигура Цианы.
