Тай внимательно осмотрел всех их, задержав взгляд лишь на Анэке. Он ничего ей не сказал, только попросил обратившись ко всем пятерым, чтобы следовали за ним, ибо Волостраж все же оставалось местом не безопасным, а он не желает терять друзей Хайгосновеца.
На том и порешили.
4.
Путарского гонца величали Мирац Кул-Рег. Был он не высок ростом, но Спаноу сказал, что он дюже быстр и ловок, а еще прекрасно владеет своей лошадью – Понко. Правда уговаривать его пришлось Слаю несколько хорров подряд, и посулить другого жеребца, если вернется с отрядом Луция Бренанна. У Мираца не было семьи, и судя по отметинам на руках, он побывал в путарских рудниках. А может и в брагинских – тоже. В любом случае, он был Слаем сразу оповещен, что дело это опасное, подать весть о том, что кнессу Мортону нужно войско.
- Откуда вам знать, что Луций кинется бегом спасать земли Мортона? – интересовался Спаноу у Конгора и Мораны. – Может статся так, что примет к сведению и отправит гонца обратно не соло нахлебавши.
- Не бывать этому! – отрезал Конгор. – Мой отец и Луций были хорошими друзьями. Отец помогал ему войском против кварков, две годницы назад, уверен, что память сильнее всяких обид, ежели они есть между ними.
Были обиды или нет, но сомнения лучника не справедливыми не назовешь. Он привык смотреть во все стороны и Морана хорошо понимала, что если гонец не достигнет цели, или Луций откажет им, дело будет весьма прискорбно, потому как в пятьдесят воинов им хазаров не победить, а больше просить помощи не у кого. Гуйтана настолько сильно рассорила между собой вепсов со всеми остальными, что сейчас не каждый протянет руку Самси и лично Мортону. Нехорошую службу она сослужила кнесу, едва не разобрав по кирпичикам замок.
- Добро! Я сам снаряжу в дорогу Мираца, а у вас и так забот полон рот, – ответствовал Слай. – Поди Мортона надо с почестями отправить в последний путь.
Это он правильно и хорошо. Моране некогда было даже возится с раненными воинами, и Хорра навещать. Сейчас все силы были брошены на то, чтобы достойно проводить кнесса в последнюю дорогу и всех, кто сложил головы на этой трудной войне, но умирать приехал на священную вепскую землю. Всех, до единого сегодня похоронят в поле на закате, и к этому надо было подготовиться.
Шен Мин Тай слова на ветер не бросил и друга на погибель – тоже. Под пристальными взглядами стражников, коими были наводнены все улицы Волостража, все пятеро прошествовали в знатное имение Тая, которое напомнило Анэке «фингам» («домики в скале», борхское наречие – примечание автора), только крепче строенное и возвышавшееся надо землей в пять саженей (10 метров – примечание автора), видимо как спасение от приливов.
Около входа стояли уже другие воины, одетые в латы и «даргау». Последнее слово часто произносилось Хайгосновцем, когда он осматривал этих воинов, из чего Анэка сделала вывод, что видимо это означает часть родового достеха воина. Говорили волостражники на хорошем хогдарском, но проскакивали и непонятные слова, вепского наречия, борхского и еще какого-то совершенно незнакомого. Пока они поднимались в хату, у Анэки все время было чувство, что в этой стороне дворов Тая сражений вообще не существовало. Не смотря на то, что улицы были заполнены воинами, стражниками и купцами, было в них что-то спокойное и умиротворенное.
Через какое-то время они вошли в большую полати, около восьми саженей в длину и столько же в ширину. Странным было то, что посредине этого помещения располагалась большая печь-самогрейка. Точнее на нее было похоже нечто, чего Анэка и Циана не видывали в других родах. В помещении было весьма жарко, поэтому видимо печь не использовалась в данный момент времени, однако вокруг нее кружком сидело несколько человек, они что-то пили из металлических широких чарок.
- Милости прошу, друзья! – на вольном вепском пригласил к столу Тай.
Хотя столом это все можно было назвать лишь отчасти. Такие низкие столики, она видела лишь однажды, когда в Кронт приезжали наместники из Черег-Ора с подарками для княже. Такой столик назывался на хогдарском «икеро», что значит «напольный», а вот на вепском наречии это слово означало – «чужеземный». то же, оба значения сейчас приобрели для иллинки другую окраску, уж никогда ей не думалось, что на Волостраже она будет сидеть за столом и обедать, вместо того, чтобы отбивать вражеские атаки.
- Твоя весть, не является хорошей, – уже позже честно сказал Тай. – Хоть я по роду кварк, мне хотелось бы с вепсами мира, а не войны. А уж о брагах и говорить нечего.
О брагах вообще стоило помолчать, ибо браги всегда сами за себя много говорили. В основном слова их были не слышны из-за звона стали, и тем не менее свои претензии к тем же кварками они имели.
Фогг примостился подле Анэки с одной стороны, Циана – с другой. Хайдад сидел возле Хайгоносовца и пытался сообразить что же за еду такую вкусную им только что принесли.
